Берг

Та тоже оглядывалась удивлённо, хлопала ресницами, потом втянула голову в плечи, встретив взгляд Алдора.

– Пошли. – Он толкнул её перед собой, тащил за локоть к конюшне. Остановился и отпустил.

– Вы… так и будете здесь стоять? – спросила робко.

– Я могу отвернуться.

– Я так не могу. – Она вспыхнула алыми пятнами по щекам. Алдор упрямо не сводил с неё глаз, будто хотел заставить взглядом подчиниться, но она попросила вдруг: – Пожалуйста…

И Алдор сдался.

– Ладно… Но я буду рядом… – Он отвязал верёвку от пояса.

 – Я сосчитаю до двадцати, если ты не появишься – пеняй на себя…

– А руки? – Она протянула ему связанные руки. И Алдор развязал и их, не сводя глаз с её лица.

– Я предупредил…

Он зашёл за угол конюшни и остановился, вглядываясь в лес, неторопливо наматывал тонкую верёвку на пальцы левой ладони. Надо было бросить девчонку на дороге, зачем она нужна? Это Корвин настаивает. Везти её к графу в Лион? Накладно. Самим есть нечего. Всего две лошади на троих.

Да и ищут их, поди, по всем дорогам сейчас. Да и не место девчонке в мужской компании. Третий всегда лишний. Что с ней делать? Надо с Корвином об этом поговорить.

Она не появлялась, хотя время уже давно вышло. Алдор подождал немного и решил проверить. Он ожидал увидеть, что угодно, но не увидел ничего! Долго смотрел на снег, пока дошло, что она сбежала. Вскинул голову, ища глазами среди деревьев. Её выдал тёмный плащ и движение. Далеко она не ушла.

Догнать её можно было легко, и Алдор вмиг сорвался с места.

– Стой! – крикнул. – Догоню и убью!..

Он бежал по тонкой цепочке следов, они были чёткими на свежем снегу, талый контур босых женских ног. Она что, босиком? Его аж передёрнуло в ознобе от этих мыслей.

Она заметила погоню и закричала от отчаяния, оттого, что страх заполнил сердце, но продолжала убегать, петляла между деревьями. Алдор сильно сократил расстояние и, не дожидаясь, рывком прыгнул ей на спину, сбил с ног, навалившись, подминая под себя, вдавливал в мокрый снег её тело всей тяжестью, пятернёй вминал в мокрую мякоть её лицо.

Девчонка брыкалась, пыталась вывернуться, сопротивлялась с таким завидным отчаянием, что удивление брало. И Алдор позволил ей повернуть голову, вдохнуть воздуха, ослабил ладонь на затылке.

– Пустите… пустите меня… – шептала она чуть слышно, упиралась ладонями в мокрый снег, перемешанный с палыми листьями.