Тихоня для мажоров

Так что, братец? Сам расскажешь, или сил не хватит?

Глава 14

Я смотрю то на Артема, то на Егора и не могу понять, что происходит?

– Вы о чем? – вновь растерянно осматриваю мужчин, но они как воды в рот набрали.

Что происходит, они ведь больше говорят, чем молчат. Так почему сейчас ведут себя как два немых идиота? И прожигают друг друга ненавидящими взглядами. Что могло такого произойти между ними за это время?

– Ну что, братец, поделись же, – настаивает Артем и одаривает брата ироничной ухмылкой, от которой тело тут же покрывается мурашками.

– Замолчи, – зло повторяет Егор.

Его брови смыкаются в одну линию, и мне кажется, что он что-то вспоминает, но никак не получается. Или же он просто злится на то, что Артем раскрыл свой рот. Только вот зачем все это мне?

– Говорите оба, – тихо шепчу я, но они даже не обращают на меня внимания, продолжая буравить друг друга взглядами.

– Юля, мы поговорим дома, – бросает Егор, а мне кажется, что это звучит как приговор.

Приказ, которому я должна незамедлительно следовать.

Он все решает за меня, не давая выбора. Это не нравится мне, поэтому я толкаю Егора, выбираюсь из-за столика и отхожу на несколько шагов.

– Ты куда? – мягкий голос Артема звучит искренне, но я перестаю верить.

Где они говорят правду, а где врут? Они ничего мне не обещали, но я и не думала, что в нашем случае можно что-то скрыть. Я наивно полагала, что мы просто переспали.

А оказывается, все было не просто так…

Это обескураживает, выбивает почву из-под ног.

– Юля, успокойся, – строго произносит Егор. Даже сейчас его манера общения четкая и лаконичная, и это раздражает. Я хочу, чтобы ко мне обращались нежно, а не как с подчиненной, которая провинилась. Не мужчина, с которым мы делили постель.

От его слов меня слегка передергивает, я веду плечами, будто скидывая с себя ложь, и уверенно говорю:

– Либо вы мне сейчас все говорите…

– Либо что, солнце? – слегка хрипловато, перебивая меня, спрашивает Артем.

– Либо я уйду и больше ни одного из вас к себе не подпущу, – отвечаю в тон ему.

– У тебя не выйдет. Ты носишь нашего ребенка. И уж одного, но точно подпустишь.

– Ошибаетесь.