Тихоня для мажоров

– Здравствуйте, у вас забронировано? – спрашивает милая девушка на ресепшн. На фоне всего произошедшего я даже забываю ее имя, поэтому тупо киваю и вспоминаю фамилию Артема. Чувствую себя бесхребетной амебой, когда слышу:

– У нас забронировано. Мерин, – разворачиваюсь на звук голоса Егора и тупо осматриваю темноволосого мужчину с бездонным карими глазами.

Он хватает меня под локоть и тащит в зал, позволяя зайти другим посетителям.

– Что ты здесь делаешь? – шиплю я. – Тебя тоже Артем позвал?

– Да-да, конечно, – как-то растерянно говорит он и начинает осматриваться по сторонам.

Он тянет меня куда-то вглубь ресторана и подводит к ВИП-зоне. Я слишком хорошо знаю место, где работаю, поэтому мне не составляет труда угадать, что Артем забронировал столик, скрытый от посторонних глаз. Я встречаюсь взглядом с мужчиной и по его удивленному взгляду понимаю, что Егора он не приглашал.

– Ты что здесь делаешь? – Артем подтверждает мои догадки злым тоном и взглядом, прожигающим брата до костей.

– Поужинать пришел, – спокойно говорит Егор и садится рядом со мной, приобнимая за талию.

– Я приглашал на ужин только Юлю, – спокойно отвечает мужчина. – Нам с ней есть о чем поговорить.

Я чувствую повисшее над нами напряжение и инстинктивно отодвигаюсь чуть подальше. Ну как чуть… конкретно так подальше. Втискиваюсь в стену и наблюдаю за безмолвной игрой взглядов между двумя братьями.

– Знаешь, Артем, – Егор берет со стола пустой бокал, переводит на него взгляд и переворачивает, будто ища изъяны.

– Невесту? – недоумевает Артем. – Ты сделал предложение?

– Да. И Юля с радостью приняла его.

Я хочу сказать, что это неправда, но слова застревают в горле, потому что Артем опережает меня и выдает то, что я никак не ожидаю услышать:

– А невеста знает, что она нахуй не нужна? – зло усмехается Артем, смотря прямиком на брата.

– Замолчи, – сквозь стиснутые зубы рычит Егор и пытается сжать мою руку, которую я тут же вырываю. – Замолчи или…

– Или что, Егор? Она ведь думает, что ты охуительная кандидатура для нее. А я говнюк, который предложил ей аборт.