Я к вам по делу, ваше величество!

Надеюсь, честь и репутация семьи для тебя всё ещё не пустой звук?

– Это запрещённый приём! – возмутилась я, но наткнулась на безмятежный взгляд леди Синтии и поняла, что она всё равно добьётся своего, при этом я буду выглядеть, как упрямый глупый ребёнок, а не как взрослая здравомыслящая девушка. – Ну хорошо…

– Отлично, – кивнула бабушка, – поедешь сейчас в лавку госпожи Туссон и купишь всё, что тебе нужно. И обувь! Моника, что на тебе за туфли! Это же ужас что такое! Скажешь, чтобы счёт прислали во дворец.

– Почему? Я ведь ещё не согласилась? – удивилась я, в глубине души прекрасно зная, что скажу «да». Понимала это и бабушка, поэтому никак не прокомментировала мои слова, а лишь улыбнулась.

Выйдя от леди Синтии в состоянии глубочайшей задумчивости, я в сопровождении верного и по-прежнему абсолютно невозмутимого господина Стайна села в вызванный им экипаж и направилась в сторону торгового центра города. Даже если мы с Александром не договоримся, у меня есть возможность обновить гардероб за счёт казны: пустячок, а приятно.

В лавку госпожи Туссон, напоминавшую, скорее, большой магазин, я входила уже в прекрасном настроении. Встретившая меня девушка уточнила, что я хотела бы, и, услышав моё имя, быстренько позвала хозяйку.

Владелица лавки, известная всей столице модистка, госпожа Розалия Туссон, вышла ко мне, сияя почти искренней улыбкой. Когда-то давно бабушка помогла ей в каком-то щекотливом деле, и с тех пор к членам нашей семьи госпожа Розалия относилась с особой симпатией.

– Леди Моника! – воскликнула госпожа Туссон. – Какой приятный сюрприз! А я и не знала, что вы вернулись в столицу…

Последовавшая пауза предполагала, что я поведаю, где была целых четыре года, но я лишь загадочно улыбнулась. Модистка мгновенно поняла намёк и переключилась на более важные вещи.

– Вы заказать что-нибудь? – она быстрым взглядом окинула мой скромный костюм, но промолчала.

– Да, госпожа Розалия, – мило улыбнулась я. – Мне нужна юбка, пара блузок и жакет. Ну и подходящие туфельки, разумеется.

– Не платье? – тщательно подрисованные брови госпожи Розалии удивлённо приподнялись.

– Нет, – ещё лучезарнее улыбнулась я, – именно то, что я назвала.