Завещание 2. Регина

Когда он меня целует или обнимает, мне все нравится. Но как только он пытается зайти куда-то дальше, у меня внутри все холодеет и становится неприятно.

– А он пытался зайти дальше? – ужаснулась мама, прикрыв рот рукой.

– Да, – призналась я. – И я ему это почти позволила. Но когда он попытался просунуть руку мне под одежду, я поняла, что не смогу.

Повисла тишина.

Было слышно лишь неспешное тиканье часов на кухне, да звуки улицы, доносившиеся со стороны окна. Хоть домик, в котором была наша квартира и был относительно новеньким, но вот о звукоизоляции никто не позаботился, поэтому слышимость была поразительная.

Так что повисшую между нами тишину, абсолютной тишиной сложно было назвать.

– Мам, скажи что-нибудь, – наконец попросила я.

– Ты все правильно сделала, – коротко ответила она и поднялась, чтобы убрать со стола.

– Но что мне делать дальше? – не унималась я.

– Продолжать в том же духе, – отвернувшись к раковине и включив воду, ответила мама.

– Но он бросит меня, если я что-то не предприму.

– Значит, к лучшему. Если мужчина любит, он будет ждать.

– Что-то я в этом сомневаюсь, – буркнула я себе под нос, но мама услышала.

– Если сомневаешься, значит сразу бросай этого мальчика. В своем мужчине нужно не сомневаться.

– Откуда ты знаешь? Ты всю жизнь одна, – выпалила я на эмоциях, а потом сразу же прикрыла рот рукой. Только вот этот жест, произнесенных мной слов, назад не вернул.

Мама замерла. Она выключила воду и медленно вернулась за стол.

– Ты что-то хочешь мне сказать?

– Нет, – тихо промямлила я.

– Точно? – допытывалась она.

Я тяжело вздохнула.

– В аэропорту меня встретил па… Эээ… Дядя Килим.

Мама вздрогнула.

– Как ты только что хотела его назвать?

Я тяжело вздохнула.

– Мам, я уже давно называю его папой. Он для меня самый родной, после тебя, на свете человек. Он так нас любит!

– Прекрати, – спокойно попросила мама, а у меня словно все клеммы сорвало.

– Нет, я больше молчать не буду. Понимаю, что это твоя жизнь, и я слишком мала, чтобы в нее лезть.

И что я сама еще совсем зеленая и ничего в жизни не видела и не знаю. Но на то, как ты себя губишь я больше смотреть не хочу. Все Березово знает, как сильно тебя любит папа! Он рядом с нами почти всю мою жизнь. В отличие от моего биологического отца, о котором ты, кстати, тоже никогда не желаешь говорить. Да мне, если честно, на него плевать. Только вот дядя Килим слишком родной для меня человек, чтобы я продолжала молчать.