Иной мир. Морпехи. Книга четвертая

Относительно высокая макушка холма поднималась над равниной, с неё просматривалось всё вокруг на несколько километров. Но учитывая высоту травы и складки местности, подойти к ней незамеченным было достаточно легко. Других вариантов у людей не было. Прибрав за собой и сложив мусор возле трупа, группа отправилась к месту ночёвки.

Солнце клонилось к закату, обжигая косыми лучами горизонт. Александр и Сергей подложили под голову рюкзаки и укрывшись куртками спали прямо на земле. Игорь молча смотрел вдаль. Два друга сидели на вершине, изучая округу.

– Лёня, Лёня… Доживём ли до утра?

– Ты как-то пессимистично настроен. Мне кажется, нормально всё будет. Тихо, спокойно.

– Не понимаешь ты. Неспроста это всё. Прямо, чувствую. Смотри сюда, вон видишь холмик, как солнце скроется, пойдёшь туда. Я займу позицию слева, на той вершине, – говорил Денис, показывая находящиеся рядом возвышенности.

– Игорь пусть спит, а парней разбуди, чтобы по очереди дежурили тут. Ночь переживём, поймём что к чему. Такое ощущение, что мы не в тот мир попали.

– Ты думаешь, есть ещё миры?

– Понятия не имею. Что там твои Артёмы говорили, ещё миры есть?

– Про это они не говорили. Хотя, на Иной Мир совершенно не похоже. Я бы, если честно, был рад встретить хоть гориллоида. Неизвестность больше пугает.

– Вот и я о том. Ладно, карамелек с собой возьми из пайка. Сон перебивать. Очень надеюсь, что я ошибаюсь. Иди буди Сашу, хотя нет. Сам ему всё объясню. Занимай позицию, – распорядился Денис, и похлопав друга по спине пошёл к спящему Попченко.

Денис лежал и сквозь траву вглядывался на вершину холма, где находились оставшиеся парни. Где-то сбоку должен быть Лёня. Сон гулял рядом, но до Архипова ещё не добрался. Денис старался не двигаться, чтобы затёкшее тело доставляло максимум дискомфорта, а разум не погрузился в сон. Он понимал, что мнимая бодрость в любую секунду может смениться вялостью, и он даже не заметит того пограничного перехода, когда глаза сами закроются.

Вокруг шумел ветер. Все чувства Архипова были максимально обострены, и ему казалось, что он может различить в общем шуме даже шорох трущихся друг о друга отдельных травинок.

Лёгкое прикосновение лба к холодному металлу ствольной коробки просигнализировало, что его вырубило. Денис протёр глаза и зажевал пучок травы. По вкусу – как и земная осока. Ничем практически не отличается.