Прости, я изменил(ся)

Он отлично двигался, находясь от неё на расстоянии буквально в пару сантиметров. Повернувшись к нему спиной, Полина немного присела, ягодицами задев его бёдра и пах. Прекрасно ощущая, как остро он реагировал на её движения.

– Удар ниже пояса, – прошептал ей почти в ухо.

Но Илья не прикасался к ней – ни к её бедрам, ни к рукам. Выдержки у него хватало.

«Пока что!»

Полина надеялась, что от их с партнёрами столика ничего не видно. Хотя в другой ситуации она вовсе не стала бы так танцевать. Но алкоголь, азарт и возбуждение ударили в голову.

Полина провела по его груди, ногтями нажимая на ткань, чтобы Илья кожей ощутил её прикосновение. Запустила ладони под полы пиджака, дотронувшись до спины. Илья позволял ей всё, но сам продолжал танцевать, не прикасаясь. Однако Полина видела – это совсем непросто. Он вздрогнул, когда она ласкающими движениями пробежалась по шее к уху. Заметила в мочке заросший след от прокола.

«Бунтарь, это хорошо! Такие часто нарушают правила».

Полина считала, что уже его раскусила. Она прижалась к нему всем телом, выдавая собственные секреты. Соски затвердели, а белья на ней вовсе не было. Так же, как у Ильи вряд ли ещё оставалось терпение. Она в полной мере могла оценить его стояк. Вряд ли кто-то наблюдал за ними в полумраке, и Полина, не сразу, но решилась – через ткань брюк обхватив его член.

– Полина… – Выдохнул он.

– Ведьм давно уже нет. Ты разве не изучал историю? – Полина смотрела в его затуманенные желанием глаза.

Она сводила его с ума, но и он её тоже. Она почти хотела проиграть.

«Мне нужно лёгкое касание, Илья, спаси нас обоих», – мысленно умоляла его.

Он почти сдался, она это чувствовала…

– А мы вас потеряли! – Рядом с ними возник Парфен Иванович.

И Илья, уже поднявший руку, пришёл в себя.

– За стол, дорогие мои, за стол!

Полина почти физически ощущала, как ускользает время.

– Что ж, пока я веду, – прошептал Илья. Уже громче добавил: – Я принесу твой коктейль и сумочку.

– Полина… – начал Парфен Иванович, когда они пошли к столику. Он что-то произнёс, но музыка перекрыла его слова. – Ты слышала?

Полина кивнула, понимая, что наверняка он говорил об их с Ильёй танце. Она могла найти оправдание своему поступку, но промолчала. Парфен Иванович не тот, кто стал бы её осуждать.