Аглая Арис. Сердце полемарха – 2

Поликсена прошла через мой эксперимент вполне удачно. Но ведь Медуса…

– Она ведь не родилась такой, нет? – вслух уточнила я, мало ли, здесь всё отличается от привычного мне земного уклада.

– Нет, её прокляла Богиня Афина за осквернение её храма. Там Медусу изнасиловал Бог Посейдон.

– Что за?!… – воскликнула я, – ей причинили зло и её же наказали?!

Во мне поднялась такая волна гнева, что ладони окутал голубоватый свет.

Гиатрос Иринеос конечно же это заметил, вылупился на меня, и, раскрыв рот, замолчал.

Вернула взгляд на девушку и задумалась.

Генная терапия – это лечение наследственных, мультифакториальных и ненаследственных (инфекционных, злокачественных и др.) заболеваний путем введения генов в соматические клетки пациентов с целью направленного изменения генных дефектов или придания клеткам новых свойств.

Смогу ли я проделать это? Я вмешаюсь в такие процессы организма, что предугадать результат не сможет никто. Даже местные боги.

Но оставить всё вот так – я не могу. А для начала спросим саму Медусу.

Положив руки на её грудь и осторожно на "волосы" (они оказались холодными и пугающе "опасными"), и начала искать причину, почему женщина не просыпается.

Причина была простая, но возможно Иринеос просто не знал, как это "починить" или не обратил на проблему внимания. Нужно будет потом с ним этот момент обсудить.

У Медусы упало систолическое давление на фоне большой потери крови, головной мозг испытал выраженную гипоксию, и девушка впала в кому.

Я сняла гипоксию головного мозга за счёт нормализации мозгового кровотока и насытила кровь больной кислородом.

– Сделано, – прошептала я, убирая руки. И делая шаг назад.

– Не смотрите ей в глаза, – тихо предупредил меня гиатрос Иринеос, отступая в дальний угол и отворачиваясь лицом к стене.

А я смотрела на молочно-белую кожу лица и, как только ресницы Медусы затрепетали, а змеи тихо, но грозно зашипели, быстро плотно сомкнула веки.

Через пару мгновений послышался шорох: молодая женщина явно проснулась и зашевелилась.

– Где я? – вдруг спросила она низким с хрипотцой голосом. – Где мой Эол?! – второй вопрос последовал тут же.

– Успокойтесь, – попросила я, поднимая руки. А кто такой Эол мне и самой хотелось бы знать, но ответил гиатрос Иринеос:

– Он ждёт вас в перистиле. Я залечил его раны, не переживайте, – судя по гнусавости и глухости, старый лекарь всё ещё стоял лицом к стене.