Аглая Арис. Сердце полемарха – 2

А сегодня ночью (буквально вырвала правду у Геракла) отряд во главе с полемархом Алкеем Арисом будет зачищать восточную часть Спарты от шпионов и опасных элементов.

Накинув рабочую тунику, убрала волосы под платок и помчалась по сонным коридорам дома в сторону приёмной, а оттуда уже ворвалась в операционный кабинет.

– Аглая! – воскликнул гиатрос Иринеос, позабыв о всяких "госпожа", "гиатрос" и так далее. – У нас непростой случай!

Иринеос уже был одет в халат и половину его лица скрывала маска.

– Сейчас, – мельком кинув взгляд на лежавшее неподвижно тело на кушетке, рванула к приготовленным для меня вещам: халат и маска.

Затем быстро помыла руки в тазу с чистейшей водой, обработала вином и только потом подошла к больному.

– Итак, кто у нас тут… – по мере приближения к пациенту я растеряла все слова и мысли. Замерла.

– Вот это да! – сипло вырвалось у меня, – это же…

– Медуса Горгона, – представил её гиатрос Иринеос. – И она умирает от раны.

После его слов я встряхнулась. Неважно, кто передо мной, важно, что нужно помочь.

– Я уже остановил кровь, зарастил самые страшные повреждения, – продолжал говорить Иринеос, – но она не просыпается.

– Сейчас, – выдохнула я, вставая рядом с кушеткой.

Девушка по имени Медуса была прекрасна. Тонкие, аристократические черты лица, белоснежная кожа.

Из облика обычной женщины выбивались только волосы, точнее тонкие невероятно чёрные (вообще чёрный это и так чёрный, но здесь иное), блестящие в свете зажжённых многочисленных масляных светильников змеи.

Они едва заметно шевелились, но глаза их были закрыты.

– Змеи спят, – снова заговорил гиатрос Иринеос, – я их первым делом отправил в сон. И надо ещё глаза завязать Медусе, совсем запамятовал, – вдруг засуетился он.

Но я подняла руку, останавливая его:

– Не нужно.

– Что ты хочешь сделать? – спросил гиатрос Иринеос.

– Я буду её лечить.

На мои слова гиатрос Иринеос ничего не сказал, молча сделал шаг назад и замолчал.

Я же, не теряя драгоценного времени, подошла к женщине.

Во всех мифах, что я читала и даже в фильмах Медузу Горгону ненавидели и боялись. Её всегда олицетворяли самой жуткой из тварей женского пола. Но сейчас, глядя на беззащитную женщину, я решила попробовать снять с неё это проклятие.

Неожиданно пришедшая в голову мысль, помогла собраться с духом и наметить план работы.

Что я знаю о генной терапии? Много и мало одновременно.

Теория и практика иногда сильно разные вещи.