Прости за (не) любовь

Достав бутылку с ещё прохладной водой, сделал пару глотков.

– Нужно приготовить рыбу, – задумался я, – холодильник на острове нам, к сожалению, не найти, а в сыром виде при такой жаре они мигом испортятся.

– Приготовить-то несложно, – заметила она, – но надо придумать что-то, чтобы сохранить нашу готовую еду.

– Хмм, – задумался я, беспомощно оглядываясь вокруг. Что же холодного может быть днём на тропическом острове? Пока я напрягал туго соображающий мозг, ноги ёрзали по песку, закапываясь глубже.

«Прохладнее?!» – шальная мысль пронеслась в моей голове.

Решив проверить свою догадку, я схватил сапёрную лопатку и побежал к деревьям. Некоторые из них создавали какую-никакую тень, и я молился небесам, чтобы под землёй было не такое изнуряющее пекло.

Боги услышали мои молитвы, и я пулей сорвался к Алине. Сообщив ей радостную новость, начали сообща готовить рыбу: часть рыбы можно съесть сейчас, ещё часть – вечером, ну, а до утра она и вовсе прекрасно сохранится.

Так мы и сделали. Рыба, конечно, мне уже изрядно надоела: всё-таки я был фанатом мяса, но выбирать не приходилось.

Алина тем временем внимательно разглядывала пляж. Огромная насыпь с белоснежным песком, кучей разбросанных валунов и камней поменьше: и практически ни единого деревца вокруг.

– Придумала! – воскликнула она.

– Что именно? – переспросил я, тем временем возвращаясь обратно на побережье.

– Нам нужно выложить «SOS» прямо на песке, – спешно пояснила девушка.

– А это мысль! – подхватил я её затею, – наверняка здесь пролетают самолёты: они точно увидят нашу просьбу и придут на помощь.

– И не только, – добавила она, – думаю, её будет видно и с какого-нибудь проплывающего судна.

Глаза девушки горели воодушевлением. Я прекрасно понимал, что она чувствовала, так как и в моём сердце вдруг ярко вспыхнула надежда о нашем скором спасении.

Взяв у меня палку, которую я подобрал на выходе из джунглей, она шустро принялась за дело: вывела змейкой первую «S», вытянула «О», снова «S»…

Мы изрядно постарались: итогом стала надпись длиною в несколько метров и такой же внушительной в ширину.

– Хорошо видно? – её вопрос долетел до меня с противоположного конца фразы.

Надпись была действительно впечатляющей. Но ветер, особенно ночью, мог запросто стереть её старания. И тут меня осенило.