Останься со мной

Он будет ее искать, даже если она ему не нужна. Найдет и заставит ответить за все из принципа. От таких, как он, не уходят.

Лизе хочется помочь. Неожиданное открытие. Я бы не сказал, что внезапное, иначе бы мы здесь не сидели. Я для себя все решил, еще когда она вернулась к машине, а потом все же призналась, кем приходится Тагаеву. Теперь дело за малым – попытаться помочь. Подключить имеющиеся связи и спрятать. Через месяц-два, когда у Тимура появится новая игрушка, он забудет об имеющейся.

Только вот…

– Поцелуй меня.

Нет. Конечно, нет.

Вместо этого ответа я сдавливаю ее за талию крепче и усаживаю на стол. Он пошатывается, когда Лиза призывно распахивает ноги, а я, не сдержавшись, вжимаюсь членом ей в пах. У меня от длительного воздержания рвет крышу. Особенно когда слышу ее протяжный стон. Негромкий, но в маленьком пространстве кухни я слышу его чересчур отчетливо. И слишком сильно хочу наплевать на «нельзя». Наплевать, зарыться рукой в ее длинные густые волосы, запрокинуть ее голову назад и впиться в наверняка мягкие, горячие губы.

Стоп…

Я все еще помню, что мне нельзя ее трогать, но трогаю. Ласкаю ладонями ее талию, бедра. Притягиваю к себе сильнее. Сдавливаю, почти не контролируя силу. Я возбуждаюсь. С каждым касанием все сильнее. Весь жар концентрируется в паху. Член болезненно ноет от желания содрать с Лизы тряпки и войти одним рывком. Я, кажется, мысленно это уже сделал.

– Ты так вкусно пахнешь, – шепчет она, делая шумный вдох где-то у моей шеи. – Безумно вкусно.

Раскрепощенная, податливая, решительная. Сейчас она не похожа на скромницу, которая боялась посмотреть на меня.

– Я нравлюсь тебе? – спрашивает. – Тар-р-р-р, – растягивает мое имя. – Нравлюсь?

– Что ты делаешь? – обхватываю рукой ее хрупкую шею.

Заставляю смотреть мне в глаза. Под моим пристально-внимательным взглядом она смущается. Ее щеки покрываются едва заметным румянцем. Она облизывает языком свои пухлые губы, но взгляд не отводит. Смотрит на меня то ли с вызовом, то ли с призывом.

После решения о разводе у меня не было женщин. Кольцо я снял практически сразу, но то ли потому, что Лена мастерски трахала мой мозг, то ли потому, что я слишком сильно заебывался на работе, мне было не до случайного секса.

Да и за годы, проведенные в браке, я разучился искать женщин. Распознавать их явный интерес, флиртовать. За пятнадцать лет семейной жизни многое изменилось. То, чем я привлек Лену, наверняка больше не действовало.