За гранью зеркала

Увидев меня, он отложил журнал и приглашающим жестом указал на место за столом. Я устроилась на предложенном стуле, налила из кофейника кофе и намазала тост маслом.

– Как твой последний экзамен? – вежливо поинтересовался отчим.

– Нормально, – откусив тост, промычала я.

– Я вчера случайно встретился с твоим преподавателем, Виталием Сергеевичем, он жаловался, что ты плохо знаешь его предмет.

– Больше он ни на что не жаловался? – возмутилась я.

– Сандра, почему ты хамишь? Я все время пытаюсь выстроить с тобой диалог, а ты только огрызаешься – это неприлично.

– Альберт Геннадьевич, что вы от меня хотите? Думаете, если оплатили мою учебу, я у вас в ногах валяться буду?

– Ну это вовсе не обязательно, но от простого человеческого спасибо я бы не отказался.

Я картинно встала со своего места и поклонилась в пояс своему благодетелю. Альберт Геннадьевич взорвался, словно я своим жестом выдернула чеку из гранаты.

– Хамка! – взревел он. – Да ты на меня молиться должна каждый день! Ты думаешь, что все, что ты имеешь, ты получила за красивые глаза? Я хотел, чтобы ты не чувствовала себя изгоем на факультете, где учатся только дети родителей со связями! Модный «лэнд ровер» был тебе подарен, чтоб ты не на метро в институт ездила и к тебе относились, как к человеку своего круга, как к равной! А ты только по дискотекам таскаешься.

Друзей приличных приобрести не смогла за время учебы – только твоя бездарная Лера, ей только и светит быть дизайнером штор в ателье среднего пошиба, потому что кроме высшего образования нужно иметь хотя бы среднюю сообразительность!

Его прорвало – он орал и орал.

Я смотрела на него, обдумывая свои дальнейшие действия, тоже закипая внутри и когда он коснулся моей подруги, я тоже не стерпела.

– А друзья мои чем вас не устроили? И вообще, это не ваше дело! Думаете я поверила, что вы мать мою полюбили за ее человеческие качества? Да черта с два! Вам ее должность нужна, чтобы свои делишки незаконные проворачивать!

Я бросилась к себе в комнату, вытряхнула все из сумочки в поисках ключей от машины.

Схватив их, я вернулась на кухню и бросила их на стол перед Альбертом Геннадьевичем.

– Подавитесь своей машиной, лучше на метро ездить буду, чем в прогибе перед вами ходить!

Альберт Геннадьевич покраснел от гнева, выпучив на меня свои огромные, как маслины, карие глаза и только хрипло дышал. Я же пулей вылетела из квартиры и не дождавшись лифта, побежала по ступенькам вниз. Отдышавшись у подъезда, я набрала Лерку.