Княжна для викинга. Книга 1

– Есений – хороший юноша, – заступился незлобивый Бойко.

– Возможно. Но дабы княжество не сгинуло вслед за мной, необходим сильный преемник, а не просто «хороший юноша»…– Гостомысл часто гнал от себя сомнения в отношении младшего сына, но они точили его даже тогда, когда он не говорил о престоле. – Он не готов к этому бремени. Я сам виноват, что не учил его, как полагается. Я все свои чаяния возложил на его старших братьев. И теперь, когда боги отняли у меня сыновей, я понимаю, что наказан самой суровой карой.

– Есений справится, – ничего другого Бойко не мог теперь сказать. – Ему придется. Иного выхода нет.

– Вообще-то, есть, – на устах Гостомысла вдруг образовалась улыбка. – Я не говорил тебе прежде…У меня есть еще один сын.

– Еще сын?! – вскликнул Бойко, который даже не допускал такой возможности и в мыслях.

– Ну, тише ты, – усмехнулся Гостомысл, приложив к губам указательный палец.

– Почему это?! – взбодрился Бойко. Но на его вопрос ответа не последовало. Гостомысл молчал. – О нет…– помощник князя, сдвинув густые взъерошенные брови, пытался сам постичь причины. – Надеюсь, тот мужик, который воспитал его – это не я?! – пошутил Бойко, догадавшись отчего имя тайного отпрыска содержится в секрете.

– Спи спокойно, это не ты, – Гостомысл по-приятельски хлопнул Бойко по плечу.

– Успокоил…Ну так…Он здесь? На корабле?! На кого ты смотришь?! – Бойко тут же взялся проследить за взглядом Гостомысла, но старый князь уже вновь смотрел на синюю морскую рябь.

– Да, как и положено сыну, он со мной в этом походе. И он всегда был на моих глазах. Я видел, как он растет и крепнет, но не смел подойти к нему ближе, чем на дюжину шагов. Это все, что я могу сказать тебе, – подмигнул Гостомысл своему старому другу.

– Я его знаю? Сколько ему лет?! Как его звать?! – любопытство съедало Бойко. – Он из уважаемой семьи?! Он сирота или его родители еще живы?!

– Его родители еще живы. И у него есть младший брат – тоже «хороший юноша», как ты изволил выразиться…Нет, не смотри на меня так: тот второй – не мой, – посмеялся Гостомысл.

– Слава богам, – с нарочитым облегчением выдохнул Бойко.