Благородная империя

Его властный и в то же время лукавый взгляд не внушал доверия, но пленник ясно видел, насколько могущественен этот человек.

Его отнюдь не прельщала перспектива всю оставшуюся недолгую жизнь быть донором для лангорских рабов, он хотел освободиться, увидеть мир таким, каким он стал, и спасти его, и выход был только один.

– Вы присоединитесь к нашему делу? – спросил старик.

Ринслейф кивнул. Мужчина удовлетворенно улыбнулся и подошел к двери.

– Человек по имени Сунду Ринслейф умер сегодня, в пятый день второго цикла императора Хинрейва.

Забудьте это имя; отныне вас будут звать… Jekken Ayraideri. Бессмертный рыцарь.

***

Долго ждать не пришлось; через несколько дней Ринслейф неожиданно для себя оказался в одиночестве в какой-то мрачной лаборатории, на чистой, но неудобной койке, на которой не мог пошевелиться, потому как был пристегнут к ней прочными ремнями.

Дорогое оборудование блестело, будто его только что отполировали. На голове Ринслейфа висело какое-то тяжелое устройство, давящее на виски; ему было любопытно, что это, но посмотреть он не мог.

В углу стояла крупная черная фигура, напоминающая боевого робота.

Раздвижные двери комнаты раскрылись, внутрь вошел знакомый старик, одетый все в тот же серый костюм, поверх которого был накинут белый халат.

– Доброе утро, Бессмертный рыцарь, – старик присел рядом с Ринслейфом и, взяв в руку его ладонь. – Я исполнил свое обещание.

«Все лучше, чем Дворец возмездия», – подумал Ринслейф и вдруг услышал механический голос, повторяющий его мысли.

– Это устройство у вас на голове, – улыбнулся старик. – Благодаря нему вы снова можете говорить.

– Это невероятно… – ответил бывший пленник. – Я и не надеялся даже… что когда-то еще…

– У вас все еще впереди, мой друг. Сейчас я объясню вам, что вас ждет. Видите тот костюм в углу комнаты? – старик показал на робота. – Это ваше новое тело. Мы много циклов работали над этой технологией. Оцифровка сознания – очень сложный и затратный процесс, и вы станете первым живым существом, чье сознание подвергнется полному слиянию с машиной.

Вы станете неуязвимым; смерть больше ничего не будет значить для вас. Вы никогда не ощутите боли, не заболеете и не состаритесь. Да… вы сможете продолжить свою борьбу.

– Вы красиво говорите, но… в Секкине больше нет сепаратизма… – сказал Ринслейф, – а Лангорская империя побеждает всегда… Какой смысл в этих доспехах?

– Отнюдь! Эртинур на пороге больших потрясений. Как я уже говорил, Федерация Юга верит в вас.