Принцесса из провинции

Повезет, напишет контрольную одну, затем вторую, которые здесь гордо именовали олимпиадами, может, и ЕГЭ по математике пересдавать не придется – просто зачислят на факультет по результатам олимпиад.

– Ты все поняла? – спросил Тим.

Настя встрепенулась и кивнула. Она ничего не слышала, что говорил мужчина, погруженная в свои невеселые думы. Зачем спорить со старшими? Спросили – ответила, если надо, повторила сказанное. Будь мама жива, не допустила бы подобного с ней обращения. А молодой мачехе глубоко на нее наплевать.

– Вы пообедали? – подняла Настя глаза на Тима и тут же их опустила.

– Спасибо, – ответил тот. – Все было очень вкусно, но рассчитаюсь я сам. И за разбитый бокал тоже, – продолжил тоном, не терпящим возражений.

Настя кивнула. Не было ни сил, ни желания спорить или что-то говорить в ответ. Вроде бы как она пригласила приятного во всех смыслах мужчину на обед, но оказалось, что не такого уж и приятного, и не пригласила вовсе.

– Вас отвезти в институт? – задала она очередной вопрос после недолгого, но напряженного молчания.

– Нет, спасибо, не стоит беспокоиться, – еще раз поблагодарил ее Тим. – Мне надо съездить тут в одно местечко. Я вызову такси, так будет проще.

Тимофей солгал. Он что, дурак подкатывать к институту на «Пежо»? Отъезжать от корпуса в лесу – одно, но возвращаться, да еще и в копании с новенькой директорской протеже – совсем другое. Не хотел, чтобы кто-нибудь видел его, подъезжающим к институту в смешной машинке, не желал становиться посмешищем в глазах коллег.

Настя не поехала к себе в лабораторию, а, поставив «Пежо" на стоянке перед главным корпусом института, поднялась на второй этаж в директорскую приемную. И плевать, что секретарша без всяких намеков, а прямо в лоб, пыталась объяснить наглой новенькой, мол, посетителей академик принимает исключительно по предварительной записи и в указанные на дверях часы приема.

– Я его лаборантка, – упрямо повторила Настя. – И у меня дела, не терпящие отлагательств.

Секретарша посмотрела на девушку, как удав на кролика, но та гипнозу не поддалась и взгляда не отвела. Тогда женщина все же соизволила вылезти из-за стола, заставленного телефонами разных расцветок и форм, как в кабинете правительственной связи, покачивая широкими бедрами, она продефилировала к двери и без стука распахнула ее настежь.