Я посажу тебя в клетку

Я впервые почувствовала азарт! Сколько понадобится времени, чтобы обломать этого лухаря? В себе я больше чем уверена. Через неделю он будет ползать у меня в ногах и вилять хвостиком.

Прихлебнула кофе, довольная мыслями и предстоящим развлечением, когда парень изменил положение в клетке, нацеливаясь своим хвостиком в меня.

– Ты охренел, что ли?

В ответ он просто окатил меня мочой.

Я отбросила чашку и развернулась к выходу, но поскользнулась на луже и рухнула навзничь, головой к клетке. Лухарь закончил мочиться мне на лицо, стряхнул член и, смотря на меня сверху вниз, произнес:

– А теперь метнулась за ключами и открыла клетку.

Я отползла, встала на ноги и не удержалась: подошла к клетке и трижды пнула в бешенстве. Отшвырнула тупые тапки на каблуках и спряталась в ванной. Под струями горячего душа поливалась гелем и рыдала.

Урод! Кобель! Деревенщина! Сгною.

Если вначале хотела помучить и дать под зад, пусть летит на все четыре стороны, то теперь не выпущу, пока не сдохнет, козел.

Не знаю, сколько я проторчала под душем, но опухшее от слез лицо, покрасневшие глаза и раздувшийся нос окончательно добили.

– Глеб? Нет, никуда не еду. Приезжай ко мне. И возьми Юру. И веревки. Или гвозди. Прибьем козла к стенке.

– Какого козла, Юлия Андреевна?

– Которого вы мне вчера привезли, – зло огрызнулась я.

– Хотите золотое руно растянуть на стене? – блеснул познаниями древнегреческих легенд Глеб, чем выбесил меня еще больше.

– Золотое говно хочу растянуть! Кишки из него выпустить!

– Тогда гвозди не подойдут, Юлия Андреевна. Соскользнет. Лучше саморезы.

– Лучше так лучше. Бери саморезы и быстро ко мне.

Вот сейчас, лухарь, ты поймешь, как просчитался. На Юлю Обухову еще никто член не стряхивал.

Я поджала губу, осознавая, что теперь есть такой козел. Ну, значит, после этого еще ни один не выживал.

Очень хотелось выглядеть эффектно во время казни, поэтому поспешила в спальню: наложить макияж, сделать укладку и выбрать сногсшибательный костюм.

Уже выдавив на кисть тональник, вспомнила о состоянии кухни. Мать моя! Глебушка с Юркой догадаются же, что тут произошло. Надо срочно спрятать улики.

Смазала тональник салфеткой, схватила телефон, чтобы вызвать уборщицу, и снова застыла.

Мать! Она еще больше ржать будет, если сопоставит мочу и разлитый кофе. Отложила телефон.