Проклятие принца

Согласно правилам этикета, он должен был подвинуть стул, чтобы леди присела, но выпяченная попка в ворохе темной ткани отвлекла его на несколько секунд и неловкая поза Вильды вызвала скрытое веселье.

– Никогда бы не подумал…

Рессар резко подвинул стул под ноги Вильды так, что та неграциозно приземлилась за стол.

– А вообще, вы практикуете это? – спросила она, впервые открыв рот в его присутствии.

– Практикую что? – Рессар занял своё место за столом, жестом разрешая Фенхелю подавать ужин.

– Думать, прежде чем делать?

По тому, как живо она прикусила напомаженные губы, он понял, что степень своей дерзости девчонка осознала.

Он спустил ей дерзость, только потому, что она так резко контрастировала с положенным случаю этикетом.

– Первая холодная закуска – заливное из языка кабана, – продекламировал Фенхель и перед каждым из них поставили большое блюдо с маленьким кругляшом мутного желе.

– Что это? – брезгливо сморщила носик Вильда и отодвинула блюдо не притронувшись.

– Фенхель, следующую смену. Я тоже отказываюсь это пробовать.

– Вторая закуска – холодный суп-свекольник.

В тарелке с прозрачным бульоном плавали тряпочки бурого цвета с явно непроваренными кольцам белого лука.

– Э-ээ, свекольник должен быть насыщенного бордового цвета, прокипячен и остужен. Нет?

Рессар сжал зубы и строго посмотрел на мажордома:

– Ты решил сорвать мне ужин, Фенхель?

Тот поклонился и поспешно убрал тарелки с позором нового повара со стола.

– Мне очень жаль, леди…

Тут Рессар опомнился, что ужин носит неформальный и воспитательный характер и поправился:

– Вильда, я только надеюсь, что из двадцати блюд хоть что-то окажется съедобным.

Девушка чуть поморщилась и высказала свое мнение:

– Господин Видьер, позвольте мне дойти до кухни? Уж не знаю, чем закончится ужин, но сейчас недоповар испортит все мои продуктовые запасы.

Мажордом стоял слева от господина и краснел, как настоящий свекольник.

Рессар откашлялся, скрывая нервный смешок:

– Уже через пять минут его не будет в нашем доме, я вам обещаю. Фенхель!

– Да, мой принц. Сейчас же! Всенепременно. Мои извинения.

Второй раз хозяин обратился к мажордому без подобающей приставки «кэр», что было крайне унизительно для личного служащего.