Преданная тобой

В ее памяти было еще много провалов, через которые она перекинула хлипкие мостки, чтобы хоть как-то связать свои воспоминания.

– Если ты забыла меня, значит, я был злом похлеще Кадира?

Этого Ясмин не знала.

– Я не совсем забыла тебя, – осторожно начала она. – Я помню твои поцелуи. Не знаю почему, но помню. И твой запах. Будто мы были близки и все это мне уже знакомо.

– Хорошо. Тогда будем восстанавливать твою память с момента, который ты помнишь.

А дальше случилось то, за чем она возвращалась в комнату мужчины.

Это потом она доберется до Кадира, и может, быть вспомнит о его предательстве, а пока ей очень хотелось закрепить в памяти ощущения от близости с этим мужчиной.

Почему ей так спокойно и уютно рядом с ним? Почему она расслабляется и доверяет его рукам? Зачем так податливо раскрывает губы, сливаясь с ним еще ближе?

Может, Эмир и в самом деле был добр к ней, но что-то помешало сделать ей правильный выбор? Или Эмир встал между ней и Кадиром, оттого она стерла его из памяти?

В эту же секунду перед глазами словно включился диафильм, в котором прокрутили короткое воспоминание, как Кадир швыряет на кровать фотографию.

Лейсан помнит его рассерженное, злое лицо. Помнит последние слова, после которых она уйдет навсегда и больше не увидит своего любимого. А сейчас она поднимает карточку, оттирает слезы и видит себя в объятиях Эмира!

Ясмин распахнула глаза и со всей силы оттолкнула мужчину:

– Ты! Это ты встал между мной и Кадиром! Я вспомнила. Та фотография, где ты целовал меня.

Ясмин с остервенением стирала след поцелуя со своих губ. Она же снова чуть не попалась в ту же ловушку!

– Не смей больше подходить ко мне, – прошипела она. – Не смей говорить свои лживые слова. Я тебе не верю!

Эмир стоял, пораженный ее реакцией, и не понимал ее до конца.

– Ты забываешь, что я могу рассказать всем, кто ты.

– Тетя заплатила тебе за молчание.

– А ты – нет.

Вот оно, истинное лицо злодея. Есть ли в этом доме хоть кто-то, кто не желал воткнуть нож ей в спину?

Глава 5.

Призрак прошлого

Приступ матери прошел, но она не смирилась с решением отца. Кадир и сам не понимал, готов ли он принять такое решение и простить отца за ошибку молодости.

– Я не буду говорить это при своем брате, – сказал ему отец, когда они остались в кабинете одни. – Но наличие только одного сына и наследника порождает нездоровое соперничество между нашими семьями. Ты отстранился от дел и не видишь, как бесчинствуют твои кузены.