Паук

Но вертухай намекнул, что могли слушок пустить, якобы он того блатного по беспределу завалил. Короче, настраивают старших против него.

Я прикрыла глаза и отвернулась к окну, чтобы Дима не увидел, как дрожат мои губы. Прямо сейчас захотелось биться головой о панель и выкрикнуть все, что успело наболеть в душе! Но вместо этого я резко втянула воздух и сжала руки в кулаки, как если бы хотела придушить свою слабость.

– Дим… Че делать, а? – выдавила, взволнованно взглянув на парня.

Отстраненно глядя на ворота колонии, он обреченно покачал головой.

– Я не знаю, Катя, – отозвался бесцветным тоном. – Точнее знаю, но тебе от этого легче не станет.

Наши глаза встретились, и, буквально ощутив, как я задержала дыхание, Дима все-таки поделился:

– Нужны связи. Но не просто друзья на зоне, а те, кого будут слушать. Кто перевесит слово этих трепачей.

– Ты сможешь найти таких?!

Его молчание стало настоящей пыткой для моих расшатанных нервов. Я все-таки долбанула по панели и воскликнула в сердцах:

– Да что б их всех!.

Панель претерпела еще несколько моих гневных ударов, прежде чем я закрыла онемевшими ладонями лицо и беззвучно зарыдала.

– Кать, Кать!.. Ну, ты чего?.. – раздался сочувственный голос Димы, и на мои плечи легли тяжелые руки. – Не расстраивайся… Я обязательно что-нибудь придумаю! Землю перерою, но найду выход.

Господи, как же я хотела верить ему!.. Но глупо было обманывать себя. Дима не бросал слов на ветер, однако все его связи заканчивались в военных кругах.

– Спасибо, Дим, – прохрипела, уже успокоившись. – Спасибо, что помогаешь.

– Глупая, – проворчал он, включая передачу, – Мишка мне как брат.

Я знала: Дима понял, о чем я говорю. Освободившись из СИЗО, он буквально стал частью нашей семьи. Всегда держал связь, отвозил, привозил, покупал, узнавал. И я никогда не пренебрегала этой помощью.

Пока мы двигались по трассе, минуя серые пейзажи лесополосы, я рассеяно блуждала в своих мыслях, которые невольно возвращали меня в прошлое. Туда, где в груди еще ничего не ныло, где мы уверенно смотрели в будущее и строили планы.

Домой я приехала ни с чем, но главное – не пала духом. Надежда вновь загорелась теплым огоньком в груди и вдохновила меня. Я еще не готова сдаваться.