Неисправимый

А от его открытой мальчишеской улыбки дух захватывало. Смотрела бы и смотрела.

Не удержалась и вновь прикоснулась пальцами к его щеке, обводя овал лица.

– Кому-то чертовски повезёт заманить тебя в свои сети, – хмыкнула я, зарывшими пальчиками в тёмные волосы.

– Предпочитаю расставлять сети сам, – стало мне ответом.

– Я заметила, – улыбнулась я шире. – Смотри, не переиграй себя как-нибудь, красавчик, – сделала паузу, решаясь на следующие слова: – Поцелуешь меня ещё раз? – понизила голос до шёпота, сама подаваясь ему навстречу, почти касаясь его губ своими.

Да, осознанно шагнула в эту бездну, сотканную из откровенного обещания тёмного удовольствия, пропитанного опасностью, но оттого ещё более манящего, срывающего со всех преград разума замки, пропитывающего безумием каждую клеточку моего тела. Мне уже всё равно, что будет дальше. Здесь и сейчас я хочу лишь чувствовать. Его. Одного. И к чёрту всякую мораль и правила.

Лукавые огоньки в чёрном взоре вспыхнули и сменились чем-то иным – хищным, жадным.

А поцелуй – поглощающим рассудок, безудержным, глубоким. Его ладони ласкали, не особо стесняясь сжимать и гладить везде, с каждым мгновением всё более и более сводя с ума.

– Такая вкусная… Сладкая… – хрипло прошептал Мстислав.

Оторвавшись от губ, он проложил дорожку к виску и по скуле к подбородку, переходя на шею, от неё к ключицам, изредка прикусывая кожу, отчего меня каждый раз будто током пронзало, а внизу живота постепенно распускался огненный цветок.

Его шёпот отозвался во мне очередной волной удовольствия, и когда на вершинке груди сомкнулись его губы, я со стоном выгнулась навстречу этой ласке. Очередной поцелуй-укус вовсе заставил вскрикнуть.

– Мстислав, – непроизвольно пробормотала его имя.

И сама не знала, чего вложила больше в этот зов: просьбу остановиться и прекратить эту невыносимую сладострастную пытку, которую, я не была уверена, что выдержу, или же наоборот – продолжить её.

А может, цеплялась за его имя, чтобы хоть как-то удержаться на краю сознания, отчётливо понимая, что ещё немного, и я просто окончательно растворюсь в происходящем. Меня не станет.

Поцелуи не только не прекратились, к ним ещё и пальцы добавились, уверенным движением приласкав меня поверх тонкой ткани трусов… в тот миг я, кажется, поняла, что значит «разлететься на множество мелких осколков». Так невообразимо остро это ощущалось.