Неисправимый

Когда успела разглядеть?

Взял меня за руку и повёл к дереву, остановившись под сухими ветвями, перевязанными разноцветными ленточками.

– Всё тебе скажи да расскажи, что и когда я успела, – хмыкнула я на его слова, тронув одну из лент ярко-синего цвета.

– Нет, сразу всё мне не обязательно, – усмехнулся брюнет.

И тоже ленту задел, но только не на дереве, а которая являлась частью завязок моего голубого купальника. Провёл сгибом указательного пальца от плеча к груди, одарив ещё одним лёгким поцелуем в шею.

– Да? И что для начала желает твоя демоническая наглость? – поинтересовалась, перехватывая его руку и отодвигая от груди.

– Ну… – сделал вид, что задумался, – Если учесть, что совсем недавно ты мне вполне ясно дала понять, что терпеть мне до следующей встречи с тобой минимум неделю, – резкий разворот и крепкие объятия, в которые меня поймали, подобно капкану. – Это должно быть что-то… Ммм… Очень-очень мотивирующее и вдохновляющее на столь длительные муки моей страдающей души и почти разбитого сердца.

Едва не расхохоталась.

– Даже так? – состроила я удивлённо-задумчивое лицо. – Как насчёт оды? – предложила следом невинным тоном. – Что-то по типу, – почесала нос уже в искренной задумчивости, – «О, как же лик его красив и чёрен гиблый взгляд! В его душе лишь света блик, беги, спасай себя!», – изрекла с пафосом первые пришедшие на ум стихотворные строчки.

– Слушай, красавица моя, я начинаю догадываться, почему все твои парни сбегали от тебя после первого свидания, – меланхолично протянул Мстислав.

– Думаешь, им так не понравились мои умения стихоплёта? – показательно расстроенно нахмурилась я. – Так и знала, что надо было с бальных танцев начинать, – тяжко вздохнула.

Мстислав на это мягко улыбнулся, сгибом указательного пальца снова провёл вдоль завязки на купальнике, на этот раз снизу вверх, коснулся шеи, погладил по щеке, и… самым бессовестным образом принялся меня щекотать!

– Не-ет! – тут же простонала я сквозь смех. – Не на-адо! Я бою-юсь щеко-отки-и! Мстисла-ав!

Увернуться не получилось.

В итоге, мы оба рухнули на песок, когда я особенно неудачно попыталась вывернуться из объятий. И лёжа под ним, тяжело дышащая и продолжающая ещё хихикать, я вдруг подумала, что действительно могла бы в него по-настоящему влюбиться. В чёрных глазах сверкали лукавые огоньки, не позволяя отвести от него взгляда.