Напиши обо мне роман

– Ну, замуж он меня не звал, – вздохнула я. – Так что все равно переезд не светил.

– Так у тебя никого нет сейчас?

Я заколебалась.

У меня есть? Или нет?

Роман – это «кто-то» или просто материал для новой истории?

– Какой он? – спросил Мишель, не дождавшись, пока я отвисну.

Официантка сменила его пустой бокал на полный, даже не дожидаясь кивка. Да, его тут знают.

Много лет знают. Мишель любит работать тут днем, хотя у него совершенно пустая квартира и уютный офис.

Если бы я умела общаться с людьми, как он, может быть, мне бы и сожители в моем доме не очень мешали.

Но я тревожный котик и все время жду, что меня попросят освободить столик или что-нибудь заказать. А болтать с персоналом и заводить друзей, чтобы не гнали – не умею.

– Алис? – Мишель пощелкал пальцами перед моим лицом.

– Что? Кто? А?

– Тот, о ком ты сейчас думала с такой расслабленной улыбочкой.

Зеленоглазый большеносый, высокий, худой, в темном дорогом костюме и на «Порше»?

Пронзительно захотелось вдруг, чтобы он заехал за мной.

Говорят, так бывает у нормальных людей. В отношениях. А я не в них.

– Какой он, говоришь… Джейсона Момоа знаешь? – сурово спросила я.

– Ну! – Мишель округлил глаза. – Да ладно?!

– Так вот, совсем не похож! – закончила шутку с непроницаемым лицом.

– Ну тебя!

Мы заржали. Вот чем дружба лучше любви. Всегда легко. Всегда.

Мишель у меня проходит под грифом «собутыльник».

С ним есть, о чем поболтать.

Например, о литературе – он офигенный читатель, один из тех редких, кто умеет видеть в тексте то, что автор хотел сказать. А не то, что сказал.

Поэтому читает редко – пропускать через себя столько эмоций тяжело.

Я благодарна ему, что он был со мной в самые тяжелые послеразводные дни. Тогда я была по-настоящему одинока, разговаривала только с кассирами в супермаркете, а главным событием недели была ежесубботняя выдача сундука с монетками в мобильной игре.

Но одиночество – как алкоголь. Сначала горько, противно, болит голова и тоскуешь. А потом втягиваешься и жить без него уже не можешь.

Добив свои последние бокалы, мы с Мишелем обнялись у дверей бара, выкурили по последней сигарете – я давно бросила, но пьяной так приятно курить! – и разошлись. Он поймал такси, а я люблю летней ночью пройтись по бульвару, где горько пахнут ночные травы и мигают оранжевым неработающие уже светофоры.