Маруся и близнецы

Бабушка близнецов, гостившая в ту пору у дочери с зятем, вопила как пароходная сирена и грозилась самолично отходить внуков крапивой по тощим задницам. Лана всплескивала руками и все время извинялась перед мрачным отцом Маруси.

До того мрачным, что струхнула и сама Маруся – ей захотелось даже предупредить братцев, чтобы пару дней переночевали в шалаше в лесу.

Вернулись они глубокой ночью, но Герман их дождался. Он сидел в беседке в компании бутылки виски и сигары, и парни, как-то сразу поняв, что дальше бегать бесполезно, прошли к нему и встали в дверях.

Где и состоялся разговор.

Маруся вся извелась, шляясь мимо двери в баню, но подслушать так и не сумела.

Может, отец их вообще выпорол розгами? Это было интересно!

Но близнецы на следующий день ходили притихшие, хотя за завтраком на стульях не ерзали – значит, все-таки не выпорол. Это было зря.

На все расспросы отец мрачно отвечал, что это их «мужские дела».

Толстую удобную ветку на яблоне спилили, подзорную трубу у близнецов отобрали – вместе с доступом к интернету. Хотя это было нелогично – там они хотя бы могли удовлетворять свое мальчишечье любопытство без домогательств к сводной сестре.

Маруся с тех пор в их присутствии ходила только в тот душ, что в доме.

Близнецы же выдержали несколько дней без каверз, а потом… стали пропадать целыми днями в ближайшей деревне.

– Что вы там делаете? – спросила их как-то Маруся в один из периодов перемирия.

Никита с Макаром воззрились на нее, как на дуру.

– Кому как! – хмыкнул один.

– Там девчонки, – сболтнул второй. – Они прикольные!

– Чем прикольные?! – изумилась Маруся, вспоминая мослатых деревенских девок с облупившимися от солнца носами и исцарапанными коленками.

– Ну… – протянул Макар.

– Ну… – повторил за ним Никита.

– Чем вы занимаетесь целыми днями?

– Купаемся.

– В карты играем.

– Шишками пуляемся.

– С девчонками?! – изумилась Маруся.

– С девчонками тискаемся, – ухмыльнулся Макар.

– Они ж не только посмотреть дают! – воодушевился Никита.

– Но и потрогать.

– Не то, что ты – жадина! Могла бы по-сестрински поделиться!

– Что от тебя – убудет? – нагло глядя на нее, подмигнул Макар.

– Придурки! – прошипела почему-то уязвленная шестнадцатилетняя Маруся.