Оды любви и смерти

Чувство не может быть прочным и вечным –

Нежность от краха его не спасёт.

Кто, искалеченный страшным увечьем,

Тяжесть на сердце своём унесёт?

Не говори, что любовь вечна, ибо и она имеет завершение. Не говори, что она есть счастье, ибо однажды она доставит тебе мучения. Не говори, что любовь – это Эдем, ибо она – выжженное поле брани. Не говори, что любовь – союз душ, ибо она – дуэль, и один из дуэлянтов выстрелит первым…

Парадокс

Скажи мне, почему лучшее из всех чувств приносит страдания куда больше, чем ненависть? Почему в те моменты, когда я ненавижу, на моих губах играет пусть злобная, но улыбка? И почему любовь заставляет меня кривить рот в страдальческом оскале?

***

Расскажи, почему, когда ты говоришь

О том чувстве, что люди любовью зовут,

Ты увядшей листвой на душе шелестишь

И слова бьют больнее, чем каменный кнут?

Расскажи, почему я при слове «люблю»

Вижу в зеркале горестно-злобный оскал?

Почему валерьянку флаконами пью

И из глаз вдруг течёт раскалённый металл?

Расскажи, почему, когда ненависть вдруг

Разрастается в сердце, что гнусный сорняк,

Ощущаю я лёгкость слабеющих рук:

Разрушая, она обновляет меня?

Расскажи, почему ненавидеть всегда

Куда легче, чем верить в себя и любить?

Почему при дыхании стынет вода?

Почему словом можно сломать и убить?

Расскажи, почему я так громко смеюсь,

Когда ненависть правит парадом в душе?

Может быть, потому, что я дико боюсь

Страстно-чёрных чарующих шёлком кружев?

Посмотри на меня, я сломана…

Посмотри на меня – я сломана,

Я боюсь, мне уже не подняться.

Посмотри, я оглохла от гомона,

А они продолжают смеяться!

Посмотри на меня – я сломана,

Я боюсь, мне уже не подняться.

Посмотри, я слепа – то вороны

Продолжают со злобой клеваться.

Посмотри на меня – я сломана,

Я боюсь, мне уже не подняться.

Я невидимым чем-то скована,

И вокруг кошмары роятся!

Мир вечной войны (2010 – 2012)

Dark Eldar

С твоей точки зрения я – паразит:

Ведь мне без души твоей старость грозит.

Но что можешь знать ты, презренный мон-кей,

О боли и древней печали моей?

Такие, как ты, не могли говорить,

Когда мой народ умел мир сотворить.