Сверхмотивация

номер второй – василий алексеевич отсутствует в кровати,

он попал в притяжение трех трельяжных зеркал

и ныряет в них перед сном в сатиновых трусах и халате,

оставляя на тумбочке со вставными челюстями

и кипяченой водою бокал.

номер третий – александра ивановна кусаема клопами,

номер четвертый – иван алексеевич видит незрячие сны,

номер пятый – гена, алкоголь в нем блуждает кругами

и мутные страсти его никому не ясны.

номер шестой – нина включает телевизор тем же жестом,

каким расстегивает молнию на юбке,

артист калягин, пробегая по слизистой оболочке ее глаза,

скатывается слезой по щеке,

она сидит на диване в позе человека в прохудившейся шлюпке,

в кофточке поверх комбинации, со спущенной петлей на чулке.

ее лицо – любительская перерисовка по клеточкам

с неизвестного оригинала,

полустершиеся линии обведены химическим карандашом,

и мое воображение замирает, когда после передач

общесоюзного канала

она посреди комнаты раздевается и ложится

в постель нагишом…

Ночной снегопад

в замерзшем воздухе твердеют облака

и невесомость, избегая веса,

срывается с высот в летейские луга —

смотри: вверху болтается оборванная леса.

тогда земля притягивает свет

и намагничивает этим светом окна,

встает моя жена, включает в спальне свет.

не топят. холодно. который час? четыре ровно.

ложится. гасит свет. во тьме под утро жидкой

фоточувствительное плавает пятно

и проявляет свет, влетающий в окно,

на негативе сна семейные пожитки.

как сквозь систему линз, пройдя сквозь толщу снов,

они сливаются в обуглившемся свете

в пейзаж взорвавшихся деревьев и кустов

под солнцем в полиэтиленовом пакете.

и в раскаленный свет запархивает моль,

и выпадает снег в закрытом помещении,

и, крик нагнав, крупицей станет боль,

и легкость возвратит при совмещении.

Вдохновение

Он подает в тебе свой струнный голос,

на языке сыпучих миражей

тебе твою Он выдувает память,

в ушко игольное Он продевает космос,

всю эволюцию из клеточки дрожжей

Он повторит быстрей, чем бомба будет падать.

уходит Он и остается пепел,

из пепельниц напополам с бычками

закручиваться начинают вихри,

их в купол сердца ввинчивает ветер,

размешивая в темноте смычками,

и видимость распарывает выкрик.