Слушаю и повинуюсь

Стоя на сцене после очередной премьеры в лучах софитов и внимая рукоплесканиям всего зала, Ульяна надеялась, что уже завтра, кто-нибудь из сегодняшних зрителей вложит ей в руку записку с приглашением сходить вместе в кино или просто шепнет на ухо известную фразу: «Что ты делаешь сегодня вечером?» Но, как ни странно, ее почему-то никто не хотел принимать всерьез.

Для всех она оставалась просто подружкой, доброй, отзывчивой, готовой выслушать любого, – дать совет, помочь, помирить, передать любовное послание и только…

Лишь однажды, возвращаясь вечером после репетиции, она с удивлением заметила, что рядом с ней шагает странный молодой паренек.

– Меня Иван зовут.

– И зачем ты шел за мной, Иван?

– Хотел проводить, вдруг чего…

– А ты из нашей школы, Ваня?

– Из нашей.

– А в каком классе учишься?

– В восьмом.

Ульяна не могла скрыть разочарования. Парень выглядел старше своих лет.

– А я-то уже в десятом, Вань.

– Я знаю.

– Вот как. Может быть, ты и имя моё знаешь?

– Конечно. Тебя Юля зовут, Ткаченко. Я был недавно на вашем спектакле. Там тебя объявляли.

– Вообще-то меня зовут Ульяна, но можно и Юля. А спектакль тебе понравился?

– Мне понравилась главная героиня.

Девушка почувствовала, как у нее запылали уши. Она быстро проговорила:

– Я, очень рада, спасибо.

– За что?

– За то, что проводил. Мне пора, пока.

Не дожидаясь ответа, Ульяна побежала домой, а через несколько дней Иван появился у них на репетиции. Терпеливо сидел на последнем ряду до самого конца, потом вновь вызвался девушку проводить.

– Ну, что ж, пойдем, – ответила она, – если тебе делать нечего.

Ей хотелось казаться невозмутимой, на самом же деле, она была готова прыгать от радости. Нравился ли ей этот парень, или нет, Ульяна пока не разобралась, но само его присутствие отзывалось в ее душе радостными и совсем еще незнакомыми ощущениями.

Прошагав минут пять в полном молчании, она спросила:

– Расскажи, Ваня, как ты учишься, есть ли у тебя любимый предмет?

Парень посмотрел на нее из-под лобья, пробурчал:

– Мне казалось, что мы будем совсем о другом говорить.

– Интересно, и о чем же?

– Не знаю.