Колодезное вино

Огородная песнь

Возвращение

(Королева гороха)

1

Здесь пахнет чем-то странно знакомым.

Чем-то? да это же пахнет домом!

– бледно-зелёными с жёлтым

ромбами, выцветшими на обоях

давным-давно.

И что, эти крупные грозди

цветов или ящериц, и лицо

одутловатой королевы гороха

нарисованы здесь

в самом деле?

Я их видела в детской постели,

а они по-прежнему здесь,

никуда не делись.

Слушай–послушай,

вспомнишь, забудешь, вспомнишь

всё, что случилось с тобою.

А к чёрту, а всё равно.

2

Пленница детских комнат,

засыпай, не знай и не помни:

тебя никогда не звали, не гнали,

не били, не любили, не хотели,

не трогали, не прятали, не искали,

не видели, не слышали и не знали,

а потому засыпай – никто не укусит с краю.

Засыпай – и я тебя скрою,

засыпай – я буду с тобою,

я не сплю, я помню, я знаю.

3

Я – мёртвый ребёнок, оставшийся дома,

пока ты росла, я не рос,

но королева гороха взрастила

огород из моих сухих слёз:

помидоры, редиску, укроп и картофель

вырастила, и вот

я теперь для тебя вполне съедобен, —

открывай-ка пошире рот!

Тело моё как христово тело,

так что дерзай и ешь,

ибо в мёртвом ребёнке присутствует сила,

которую ты возьмёшь.

Горше печали, слаще надежды

вспомнишь ты мой обед,

когда ты вернёшься сюда однажды

и навсегда.

«О, чернозём, зачем расти…»

О, чернозём, зачем расти

испив моей души ты хочешь,

тешась,

тонкое гибнет, грубое густеет,

и мякоть нежная прекрасных корнеплодов,

о, чернозём, песок и глина,

отпусти

морковь, редис и репу

на свободу.

Гряда вовек не опустеет,

но кровью землю удобрять,

пеплом, сердцами и мозгами,

зверями и богами будут люди:

так нужно строить собственное тело

из тел животных, съеденных растений,

плести себя из нитей и волокон,

и убивать прекрасную корову

и курицу прекрасную.

питается,

но сокол

расклёвывает клеть.

«Чучелко, чучелко…»

Чучелко, чучелко —

палка и пальто,

сойки со смеху упали,

землянику поклевали,

но берёзовый обтёсок —

очень страшный отморозок

по имени Бука

их напугал зато.