Стихотворения 1977-2007

А здесь – дождя серебряные знаки

Раздвинуты, и, не подняв лица,

Я знаю: мальчик флейту вынимает,

К губам подносит, песенку играет

И, улыбаясь, смотрит на отца.

Храни его и не оставь меня.

    1981

Souvenir

О чашке разбитой, о горле больном,

О шарфе кусачем и, может, о том,

Как пахнет подтаявшим черным снежком, —

Налгали тебе. Но теперь не солжем,

Что не было нас, как не будет потом.

Мы все тебе снились во сне ледяном —

Как здесь, на Покровке, Волхонке, Солянке

Скребут по асфальту полозьями санки —

Лопатки и варежки держат в руках

Серьезные дети в пуховых платках,

И солнце играет в пустых куполах,

И галочий крик отдается в ушах.

Но если и ты на краю обернешься —

Мы все тебе снились. Теперь ты проснешься,

И штору отдернешь, и дню улыбнешься —

Вчерашние сны поминать ни к чему.

Так пусть, угасая, уходят во тьму

И купол лоскутный, и лес над рекой,

И дым, и граната зерно за щекой,

И та, что стояла у самой черты

Под мартовским ветром своей правоты.

    1981

«Я знаю, что я не спрошу ни о чем…»

Я знаю, что я не спрошу ни о чем.

И все же моих молчаливых присутствий

Хотелось бы меньше. За нежным ледком

Обломков, обмолвок, уловок, предчувствий, —

Теперь я уже узна?ю, как болят

Все ребра, и недра, и жабры творенья.

Я – только внимательный, пристальный взгляд,

Я – только одно бесконечное зренье,

Что входит, как жало кривого ножа,

Как режущий скальпель, как перст дерзновенный

В отверстую рану, – покровы разжав, —

И суть откликается болью мгновенной,

Но дождь стекленеет, и ночь холодна,

И свет как сквозь ветви ночные пробрызнут,

И воздух надорван, и пропасть черна,

И что-то больней отторгаемой жизни, —

Так больно, – обугленный взгляд, задымясь,

Метнулся назад, как смотревший сквозь щёлку, —

Стыдясь, извиняясь, прикрыть торопясь

Улыбкой, уловкой, ледком и обмолвкой.

    1981

«И вот раздвигают картонные створки…»

И вот раздвигают картонные створки,

И слышен шумок предстоящей настройки,

И скоро закружит смычков кутерьма,

И залом зеркальным,

Лепным и овальным,

И шорохом бальным приходит зима.

Пластроны и фраки,

Галантные враки

И гости-гуляки в каминной трубе…

Дня на три теперь, повинуясь уставу,

Отпустят и нас по сатурнову праву,

Взяв слово чужой не мешать ворожбе.