Паломник. Страницы европейской поэзии XIV – XX веков

Мне столько изведать пришлось в этих странах —

Всего не поведать и в книгах пространных.

Сегодня в стране я неведомой, новой,

Здесь рожи чернее икры осетровой;

Здесь силу и старый подчас сохраняет,

Посмотришь – кантары

шутя поднимает;

Здесь молодец ражий за трапезу сядет —

С подобной поклажей и лошадь не сладит;

Когда не хватает для выпивки денег,

Свой скарб пропивает мгновенно мошенник,

За выпивкой пищи глотает он горы —

Обжора почище любого обжоры.

В тех землях святыми считают безумных,

Толпятся за ними на торжищах шумных.

Они здесь персоны всех выше на свете,

Здесь бьют им поклоны и старцы и дети.

Диковин немало в земле этой странной:

Врата из металла, а ключ – деревянный,

Здесь люди порою к учтивости глухи:

Облают свиньёю и отпрыском шлюхи.

Тебя лиходеи побьют между делом,

Беги поскорее – останешься целым.

Без чести, без сердца живут образины,

Любой иноверца предаст за майдины

.

Тебя супостаты обманут открыто,

Здесь деньги лишь святы, а совесть забыта.

Налешкович славный, всё это не диво:

Ведь силою главной здесь стала нажива.

Здесь можно порою нажиться нехудо,

С набитой мошною уехать отсюда.

Венеция стала сильна и богата —

Не здесь ли стяжала Венеция злато?

Она посещает давно эти страны

И вдаль посылает галер караваны,

И грузит их, Нико, она не холстами —

Торгует гвоздикой, корицей, шелками.

Мы, друг мой, робеем в торговле недаром —

Совсем не владеем купеческим даром:

Тростник поставляем и лес басурманам,

Барыш уступаем купцам чужестранным.

Когда бы мы были немного лукавей,

Мы их бы затмили в богатстве и славе,

И мы б торговали тогда не впустую…

А впрочем, мой Нале, о чём я толкую!

Тебя бы о жизни хотел расспросить я:

Какие в отчизне случились событья?

Слыхал я: от мору страна пострадала,

Погибло в ту пору сограждан немало.

Пускай наградит их наш Бог-Вседержитель

И примет забытых в Господню обитель!

А коли с чумою ты справился чёрной,

С болезнью любою ты сладишь бесспорно.

Ты силой отмечен и ладно сколочен,

Как тисс долговечен, и кряжист, и прочен.

Ведь четверть ягненка съедал ты, бывало,

В придачу цыплёнка, жаркого немало,

С друзьями гуляя под сенью Парнаса,

Вином запивая горячее мясо.

Обижен судьбою, я горько заплачу,

Коль дружбу с тобою навеки утрачу.