Паломник. Страницы европейской поэзии XIV – XX веков

Как незваный, я подъехал

Ко дворцу родного брата.

Но едва вошёл в палаты,

Не успел ступить я шагу —

Дверь захлопнулась, и мигом

У меня забрали шпагу.

Я без свиты оказался —

Задержали где-то свиту,

А без преданных вассалов

Где же я найду защиту?

Хоть меня мои вассалы

О беде предупреждали,

За собой вины не знал я

И спокоен был вначале.

Я вошёл в покои брата

И сказал ему с поклоном:

«Государь! Пусть Бог поможет

Вам и вашим приближенным».

«Не к добру, сеньор, приезд ваш,

Не к добру.

Брата вы не навестили,

Прибегать пришлось к приказу.

Почему-то не явились

Вы, сеньор, своей охотой.

Вашу голову в подарок

К Рождеству получит кто-то».

«Государь, в чём я виновен?

Чтил я ваш закон и волю,

С вами вместе гнал я мавров,

Верным был на бранном поле».

«Стража! Взять! И обезглавить!

Приступайте к делу быстро!»

Не успел король умолкнуть,

Сняли голову с магистра

И Марии де Падилья

Поднесли её на блюде,

И она заговорила

С головой.

Вот какую речь держала:

«Вопреки твоим наветам

Мы сочлись за всё, что было

В том году, а также в этом.

И за то, что дона Педро

Подлым ты смущал советом».

Дама голову схватила

И её швырнула догу.

Дог – любимый пёс магистра —

Голову унёс к порогу

И завыл, да так, что трепет

По всему прошёл чертогу.

«Кто, – спросил король дон Педро,—

Кто посмел обидеть дога?»

И ответили дворяне

На такой вопрос владыки:

«Плачет пёс над головою

Брата вашего Фадрике».

И тогда сказала слово

Тётка короля седая:

«Вы, король мой, зло свершили!

Вас, король, я осуждаю!

Из-за женщины коварной

Брата погубить родного!..»

Был смущён король дон Педро,

Услыхав такое слово.

На Марию де Падилья

Поглядел король сурово:

«Рыцари мои, схватите

Эту злобную волчицу!

Ждёт её такая кара,

Что и мёртвый устрашится».

Появилась тут же стража,

Даму бросили в темницу;

Сам король носил ей пищу,

Разных козней опасался.

Лишь пажу, что им воспитан,

Он всецело доверялся.

Донья Бланка сетует на жестокость своего супруга короля дона Педро

Донья Бланка, там, в Сидонье,

Изнывая в заточенье,

Со слезами говорила

Преданной своей дуэнье:

«Я родная дочь Бурбона,

Я принцесса по рожденью.

Герб мой, символ королевский,—

Лилии изображенье.