Когда время становится круглым

 – После того, что со мной сотворили, время стало круглым!

Спецназ ошеломлённо присел на задние лапы.

– Чего-чего? Как это время – круглым?

– А вот так!

– Время – это же в длину. Нет? – не вполне уверенно произносит Спецназ. – Но где-то там, где не видно, кончается.

Он смотрит на убегающий вдаль бетонный забор, на вытекающую из-под него и ускользающую на юг реку Горячку, затем переводит взгляд на высящийся за рекою, слева от забора и сопровождающей его дороги, холм с деревьями и кустами на макушке.

– «Где не видно» – это где? – решает между тем уточнить Предатель.

– Где командировки, в которых я не побывал с Андреичем. И уже не побываю, наверно, – с грустью ответил Спецназ.

Предатель со снисходительной усмешкой разглядывает собеседника.

– Ладно, время, допустим, кончилось. А что началось?

– Откуда я знаю! – Спецназ дёрнул плечами. – Время кончится там, где я, может, помру. Пардон, подохну. Это люди мрут, а мы дохнем.

На морде Предателя высветилась довольная улыбка.

– Скоро и люди подохнут.

– Помрут или скончаются, – помотал головой Спецназ. – А ещё говорят – «преставился». Это значит – предстал перед Богом. У них песня есть: «Мне есть что спеть, представ перед Всевышним, мне есть, чем оправдаться перед Ним».

Предатель усаживается на прежнее место.

– А вот нам, зверям, оправдываться ни перед кем не надо. И я говорю – подохнут. Потому что когда атомный взрыв, люди не пре-став-ля-ются, как ты тут высокопарно выражаешься, а дохнут. Они дохнут, как тараканы после дезинфекции!

Спецназ вытаращил глаза, вскочил и принялся бегать, обнюхивая всё вокруг.

– Атомный взрыв? Ты о чём?

Предатель с привычным выражением отвращения на морде наблюдает за Спецназом.

– Ты, говорят, мыло от тротила отличаешь?

Спецназ остановился и принял горделивую позу.

– Ну а как? Я ж пенсионер МВД. Пенсию, правда, не платят.

– Кстати, а как так получилось, что ты верой и правдой, как любишь рассказывать, а оказался бездомным? – спросил Предатель.

– Ну, получилось, – замялся Спецназ.

– Вот я и говорю – пусть дохнут.

Предатель поднимается и направляется мимо брошенной техники и куч мусора в сторону леса, куда по дну лощины, расположенной между пригорком и холмом, устремлена и окутанная ядовитыми испарениями река Горячка. Идёт он заметно сутулясь и излишне тесно прижимая хвост к задним ногам.

– Кто? – хмурится Спецназ.

– Все! Люди, звери, птицы!

Спецназ догоняет Предателя.

– Звери? Звери – это мы с тобой.