Где-то далеко…

– Василька вам оставил Борис? Это его ребенок?

– Откуда вы знаете, что мне его оставил Борис? Кто вам сказал об этом?

– Да или нет, Зинаида Николаевна?! Отвечайте коротко и ясно!

– Вы что, из милиции? Только честно скажите!

– Отвечаю честно – нет! Я живу в Боровлянке по соседству с Верой Николаевной. И я – друг погибшего Василия Никонова.

Федор наблюдал за реакцией Зинаиды Николаевны относительно упоминания имени Василия Никонова. Но женщина это имя восприняла совершенно спокойно, по ее реакции Федор понял, что она в курсе гибели Василия, но считает это пережитой трагедией прошлого и более не владеет никакой информацией.

– Хорошо! – подумал про себя Федор – надо переключиться на Бориса. И вообще, надо быть в полной концентрации внимания, постараться все запомнить, чтобы потом все проанализировать вместе с Эленой. И он продолжил разговор с Зинаидой Николаевной, стараясь держаться более легко и непринужденно.

– Зинаида Николаевна, а как поживает Борис? Вера Николаевна просила узнать.

Как давно вы его видели?

Едва женщина услышала имя Бориса, она съежилась и превратилась в испуганного мышонка, забившегося в угол перед кошкой… Значит, вопросы о Борисе беспокоят ее более всего. И он совершенно неожиданно для себя задал ей вопрос, который возник интуитивно:

– Этот дом принадлежит Борису?

– Нет, не Борису. Этот дом принадлежит мне.

– Но вам его подарил Борис или при покупке сразу записал на ваше имя.

– Откуда вам это известно? Я не обязана ничего вам отвечать. Думаю, я передала для сестры достаточно информации, и теперь прошу вас покинуть мой дом.

Глава 10. День откровений

Зинаида Николаевна протянула руку к выходу, показывая, куда должен будет проследовать Федор. Но тот решил во что бы то ни стало завоевать доверие хозяйки дома и уйти только тогда, когда не останется ни одной тайны, которую нужно разгадать. И сказал как можно спокойнее и с улыбкой:

– Ну что вы, Зинаида Николаевна! Как можно считать меня врагом вашей семьи, если я с детства жил рядом с Васей, мы дружили, наши мамы с ним дружили.

Даже более того, вы должны были и мою маму знать, ваше детство тоже прошло в Боровлянке. Как я могу причинить вам какой-то вред?! Вот и сейчас я специально приехал, чтобы помочь Вере Николаевне, ей так одиноко в деревне. Из родных у нее остались только вы. Ну еще Борис… Так он и навещал ее всего три раза, всего три визита в отчий дом, с того момента, как в 16 лет ушел из дома в город. И никаких слухов о нем.