Бывшие. Запрети мне тебя любить

Сама открываю входную дверь, терпеливо дожидаясь, пока женщина зайдёт первой. Внутри тоже ничего особо не поменялось. Интерьер в стиле французского прованса радует глаз нейтральными серо-голубыми тонами. Гостиная столь же просторна – небольшой мягкий диванчик и пара кресел не занимают много места. Разве что на кухне, совмещённой с зоной столовой, обновлена вся техника, а гарнитур из брашированного дерева заметно стареет.

– Ходить тоже надо, – отмахивается она от моего замечания. – А то так совсем не смогу ничего делать… – ворчит.

 – Ты, наверное, голодная, – спохватывается хозяйка, ковыляя в сторону кухни, демонстративно позабыв об изначальной теме разговора.

– Ма-ам, – вздыхаю устало. – Я сама!

Насильно усаживаю её на один из стульев, приставленных к обеденному столу, и сама ставлю на плиту металлический чайник, включая газовую конфорку. Всё-таки ещё вчера моей самой родной и любимой женщине поставили диагноз, при котором рекомендован только покой, а никак не ведение домашнего хозяйства.

– Ты вещи ведь ещё не собирала? – интересуюсь, открывая дверцы одного из кухонных шкафов.

Невольно морщусь, потому что на полке стоит только чай – никакого кофе нет в помине.

– Нет, не собирала, – отзывается мама.

– Ну и хорошо, сейчас вот чай попьём, и я сама тебе всё соберу, – выдыхаю облегчённо, а то, зная маму, заранее предполагаю сколько всего придётся загрузить в машину. – Если выедем в течении часа, успеем доехать к вечеру, чтобы не по темноте. Ты же не любишь по ночам в дороге… – продолжаю на своей волне.

– Нет, дочь, – тихо прерывает мой монолог женщина. – Не надо вещи собирать.

Недоумённо оглядываюсь, приподнимая бровь в немом вопросе.

– Не поеду я никуда, – дополняет она с грустной улыбкой. – Как же я это всё оставлю? – обводит рукой пространство она, явно имея в виду не только кухню. – Да и в мои года переезжать в другой город – не самая лучшая идея. Уж лучше я здесь останусь.

Надеюсь, это она так пошутила…

Неудачно!

– Ма-ам, – бросаю в её сторону укоризненный взгляд.

 – Мы же всё обсудили. И комнату тебе даже приготовили, – вздыхаю устало, усаживаясь на стул рядом с ней. – Ты же сама сказала, чтобы я за тобой приехала, – беру за руки, слегка сжимая. – Ну, так чего теперь?..

В серых глазах мелькает вина и сожаление. Но, похоже, это совсем не те эмоции, которые вынудят маму изменить решение.

– А разве иначе бы ты приехала? – натянуто улыбается она, а по бледной щеке скатывается первая слеза.