Дорога поворачивает в рай

Я встаю на обочине, вытягиваю руку; Стомпер ждет поодаль. Останавливается старый, еще довоенный наверное, фиат. Дед-водила вздрагивает, когда из темноты появляется бритый тип в кожанке и садится ко мне на заднее сидение, но увидев, что тип интересуется только мной, успокаивается. До улицы Освободителей ехать минут пятнадцать, но мы тащимся с черепашьей скоростью, пропуская все машины, гудящие нам в зад. Стомпер говорит мне вполголоса:

– Он не хочет, чтобы мы расставались. Я тоже не хочу. Всё так тупо получилось, пиздец.

– Да бывает, всё нормально.

– Я хотел бы, чтобы всё было по-другому. Чтобы тебе было хорошо. Дашь мне еще шанс?

– Каждый заслуживает еще одного шанса. Меня всегда можно найти через Луца.

– А если без Луца? Номер мобильного не оставишь?

– У меня только рабочий.

Я не уверена, что хочу видеть его еще раз. Но точно знаю, что не хочу быть доступной для него – пусть даже по телефону. Не тот человек Стомпер, чтобы так запросто проходить в место, огороженное колючей проволокой под напряжением.

Тем более, что всё, правда, получилось до ужаса тупо.

Фиат тормозит у подъезда, Стомпер вызывается проводить меня, но я отказываюсь – старый наверняка уедет, как только он выйдет из машины. Тем более, в нашем подъезде работает консьерж и горят все лампочки – на Первого мая такого, конечно, не бывает.

На улице страшно холодно – я понимаю это, только когда оказываюсь одна и бегу от машины к двери. Зубы стучат сами по себе; раньше я думала, это такая метафора, но оказывается, нет.

В лифте я растираю замерзшие плечи, кутаюсь в парку и подпрыгиваю на месте, согреваясь. Перед дверью квартиры снимаю сапоги, чтобы не стучать каблуками и не будить Душанку. Она всё равно просыпается, высовывается из-под одеяла и смотрит на меня сонным взглядом.

– Ну как?

– Никак. Этот мудак гондоны забыл.

– Кто это был хоть?

– Не поверишь. Стомпер. Мы учились в одном классе десять лет назад.

– И как он?

– Да как все. Работает в автосервисе, ухаживает за бабкой, кожанка на белую майку…

– … тренировочные.

Я прыскаю со смеху, Душанка тоже смеется. Спортивные штаны – необходимая часть образа местного мужчины.

– Нет, в джинсах был. Это же свидание. Завтра расскажу. Спи. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

***

Когда Мадам входит в «Централь», все посетители оборачиваются на нее. Замолкают разговоры за столиками, официанты замирают, как подданные Спящей Красавицы, застигнутые сном на полпути, в полудвижении.