Полынь-вода

На землю обетованную, в Израиль?

– Пока в Израиль, а там видно будет. Ты же в курсе: сначала все в Израиль просятся, а потом в пересылочном пункте отказываются от своей исторической родины и оказываются в той же Австрии или едут в Германию, Францию, Америку.

Лицо Сени округлилось в ехидной ухмылке.

– А ты куда? – Гредин с интересом уставился на хозяина квартиры. – Только конкретно, без балды.

– В США, конечно.

– И что там?

– Поддержат. Социальное пособие дадут и прочее…

– Семен, ты же советский человек, – с фальшивой театральностью произнес Игорь.

 – Подумай, что говоришь?

– Хомо советикус. – Хозяин квартиры ощерился. – Это точно. Есть во мне советское. И немало. Но я хочу свободы. Причем не политической, как высланный за правдолюбие Буковский, а как человек, который желает отовариваться в магазинах тем, чего ему хочется. Кстати, помнишь частушку:

Поменяли хулигана

На Луиса Корвалана.

Где найти такую б… дь,

Чтобы Леньку поменять…

– Помню, – обронил Гредин.

 – Я знал одного парня. Хороший, видный такой, из профессорской семьи. Так он все радио «Свобода» слушал. Этот парень мне тогда все уши прожужжал и о Буковском, и о Луисе Корвалане, и еще о куче каких-то непонятных личностей. А главное, говорил, что скоро сам уедет за бугор, и меня, если соглашусь, заберет с собой.

– А ты что, не согласился?

– Почему ты так решил?

– Ну, не уехал же.

– Не уехал. – Игорь погрустнел. – Родители у меня как узнали, что я с этим парнем вместо уроков о политике говорю, так чуть из дома не выгнали.

Да и его в психбольницу потом забрали, а когда выпустили, то посадили за тунеядство. А он, между прочим, еще стихи писал.

– Вот, что происходит, – загорелся Семен. – А я ни в психичку, ни в тюрьму не хочу. Потому и собираюсь рвануть на Запад. Только это между нами. Эх, жизнь наша – копейка.

Хозяин квартиры взял бутылку, разлил.

– Мне не наливай больше, – попросил Алексей.

Ему не нравился этот разговор. Особенно признание Семена о том, что он хочет уехать в Израиль, а потом перебраться в США.

– Пей.. – Семен закраснел. – Не я к тебе пришел, а ты ко мне. Значит, уважай.

Алексей недовольно взял рюмку, сдавленным голосом проговорил:

– До дна – и все.

Выпили.

– Ну, а теперь по делу, полупьяно уставился на Алексея хозяин квартиры. – Скажи, что конкретно надо?

– Я же сказал: пластинки и записи Высоцкого.

– Вот! – Семен глянул на Игоря. – Всем подавай Высоцкого. А почему?..