Волк, который любил читать

Но разве важен долгий век, который был потрачен впустую?

Волк жил здесь уже вторую зиму. За это время он успел навести порядок: тряпки были зубами стасканы в угол, некоторые перевернутые стулья поставлены так, как зверь видел на картинках. Единственное, что он не трогал, – это посуду и статуэтки – после того как, пытаясь сдуть жирного паука с лица розовощекого белотелого мальчика, уронил его на пол и оставил вовсе без головы. Перед мальчиком Волку было стыдно – пришлось изловчиться и спрятать его в шкатулку, чтобы хоть как-то обхитрить свою совесть.

Было в Доме и то, что Волка пугало. И ничто не могло бы испугать больше – ни хлопанье ставней, ни ветер, воющий в трубах, ни шуршание мышей. Ничто, кроме грозной кабаньей головы, висящей на стене на деревянном основании.

К несчастью, она украшала именно гостиную, где зверь проводил больше всего времени.

Трофей с пустыми глазами, когда-то вывалившимся в агонии языком, со смазанной чем-то шерстью и непонятно куда девшимися внутренностями, которыми, по идее, от него должно было бы вонять слишком сильно, чтобы человек повесил себе это на стену.

Совершенно неясно, как люди могут вешать подобное в доме? Вешали, Волк знал. Ставили чучела животных по углам своих спален, изломав их грациозные спины, набив опилками и мусором содранные с кровью шкуры. Вешали на стены, подписывая даты смерти животных, а рядом хранили ружья и арбалеты, из которых стреляли в этих зверей. Ношение шкуры никак не могло с этим сравниться, оно хотя бы объяснялось потребностью, ведь собственных шкур у людей не было, и Волк сам часто задумывался, как тяжело это – постоянно шить себе новую.

Трофей же, видно, принадлежал хозяину Дома. Волк никак не мог понять, зачем хранить дома смерть добровольно? Она, когда приходит, то ничем не прогонишь обратно. Волки забивают по несколько оленей, порой и кабанов в год – но никто еще не додумался хвастаться хвостом и копытом.

Видимо, подобный ужас тоже был отголоском человеческой странной привычки – доказывать что-то друг другу.

Посмеются, крутя усы, ткнут пальцем.

Но если волк, когда ему откажутся верить, забудет об этом, то человек на этот случай, скорее, припасет отрубленную голову у себя дома.