Дары Даарии. В поисках утраченного

Ну, возможно, Гойшуевский поможет.

Проводив гостей, он отправился в свой кабинет, где его ждали бутылка элитного виски, мягкий диван и тишина. Через час Владимир уснул. Ему снились страшные вещи, это можно было определить по возникающим гримасам боли и ужаса на его лице, периодически он вскрикивал и молил: «Не надо, только не это, я больше не выдержу». Можно было подумать, что он попал в Ад, но, как мы знаем, Рай у Кащея ничем не лучше, особенно для простых рабов. Эта ночь, казалось, длилась вечно, ведь каган должен был в полной мере ощутить все прелести загробного мира.

Но, как обычно, всё когда-нибудь кончается, вот и ночь подходила к концу. Задолго до рассвета начал кукарекать петух, кричал он довольно долго, и это означало лишь одно: с утра пойдёт снова дождь и непогода будет стоять вечно. Природа затихла, замерла, ожидая новый виток непогоды.

***

Прошла неделя. Ещё одно хмурое утро в Еврейско-Московском каганате. С самого утра, по обыкновению, зарядил дождь как из ведра.

Москва постепенно превращалась в Венецию. Не хватало только снующих гондол и наглых гондольеров, жестикулирующих руками и что-то кричащих на итальянском.

В резиденции Ново-Огарёво утро выдалось таким же хмурым, как и во всем каганате. Капли дождя настойчиво стучали в окно спальни кагана. Владимир с большим трудом разлепил глаза, голова трещала.

– Надо вставать, привести себя в порядок, – прохрипел он, – как болит голова, надо бы поискать таблетки, а то, чувствую, сейчас она взорвётся.

И хватит пить, виски до добра не доведёт.

Владимир с трудом дотащился до кухни и судорожно начал отрывать дверцы навесных шкафов, ища какие-нибудь таблетки, но всё тщетно, поиски результата не дали.

– Срочно зайди, – позвал он слугу, нажав на кнопку селектора.

– Слушаю Вас, Ваше Сиятельство, чего изволите? – спросил слуга, появившись на пороге кабинета.

– Найди мне таблетки от головы, свари кофе, подготовь мой костюм и наведи порядок в зале заседаний. Понял? Ну всё.

Ступай.

– Слушаюсь, Ваше Сиятельство. – Слуга тут же отбыл исполнять приказание.

Владимир, выпив таблетку от головы, развалился в кресле. На лбу кагана красовалось мокрое полотенце, предполагалось, что оно немного снизит жар. Рядом, на журнальном столике, дымился ароматный кофе, налитый в эмалированную чашку с вензелями императора Николая Второго. Жизнь постепенно налаживалась. Время пролетело незаметно, до назначенной встречи оставались считаные минуты.