Письмо потомкам. Дилогия

Ловя на себе недовольные взгляды помощников Серафима, я поняла – если я не проведу подобной пиратству игру, мне предстоит долгая и мучительная пытка…

– Йо-хо-хо! – прокричал мой Одноног, немного напугав меня. Нет, скажите мне, он специально это? Дразнит своих сотрудников.

– Сами виноваты. Стефан их минут десять уговаривал, а они ни в какую. Ещё меня обозвали старым дураком… Вот я и донимаю их! Йохохо! – заявил Серафим, помогая мне достать тома разговорников и пособий. Мы выложили рядами в воздухе и каждый пронумеровали.

Теперь по моему зову ко мне мог подлететь один из них, стоило только прочитать его название.

Удобная вещь, автоматизированные книги.

Архивариус провёл рукой в воздухе около сенсора, и из пола выдвинулась серебристая плита. Рядом же парила клавиатура символов.

Анализатор запроса.

Серафим помог мне разобраться в управлении, а я смотрела на гемму и впервые задумалась.

Что такого было в Стефане, что меня так влекло к нему?

Сначала я думала, что это гормоны. Но факт – влекло бы тогда ко всем, мало—мальски… Но влекло.

Взять хотя бы Серафима – в чём-то он красивей моего повара. Лицо более хищное, правильные черты лица. Волосы длиной до колена, чёрные, как у госпожи, сведенные обручами из металла. И самая очаровательная улыбка из мною виденных…

Но нет, ничего. Рядом с ним я ощущала лишь полное спокойствие.

Значит, дело не в гормонах?

Я покраснела, смутилась ещё больше.

– Если что, я буду во Внешнем Зале. Стоит только позвать. – Серафим поклонился и поцеловал по традиции в запястье.

Я ничего не чувствовала. Мне были безразличны его прикосновение, равно как и присутствие. Серафим – замечательный друг.

Я ужаснулась. А что, если я просто влюбилась? Ведь со мной уже случалось такое и не раз. Моё сознание нуждалось в заботе и внимании. Я нуждалась в любви – это был единственный огонь, который поддерживал во мне жизнь.

Но с любовью мне не везло. Так уж сложилось, что все мои немногочисленные избранники рано или поздно умирали. Причём не своей смертью… В Империи бушевали восстания, эпидемии… причин потерям было множество.

Но терять их каждый раз было невыносимо больно.

Но не так, как в первый.

А я и забыла, какого цвета твои глаза. Как звучит твой голос. Каковы на вкус твои губы.

Твой запах, мой король… Нет, ты не думай, я верна тебе, как и прежде. Мой мир – только твой, но я так слаба. Одной я быть не могу, тем более в страшном человеческом мире…

Прости меня, что порой я касаюсь других.