Сундук доброты

Когда она с милой детской неуклюжестью, подняв ручонки, сделала «прыг до потолка», старик весь засиял от улыбки. Света, ободрённая его улыбкой, залепетала и принялась показывать, какая бабушка подарила ей какую игрушку. Показала и куклу, подарок Пелагеи.

– Да-а! – восхитился Филимон. – Кукла тонкой работы, ненашенская. И у нас делают замечательные игрушки, но эта кукла из далёких краёв, не наш фасон. Где ты, Пелагея, её купила?

– Где купила – там и купила, – уклончиво ответила Пелагея. Старик же пообещал ребёнку сделать для куклы кроватку.

Через несколько дней Филимон принёс Свете игрушечную кроватку. Все четыре бабушки удивились тонкой работе: спинки и ножки игрушки были резные и блестели светло-коричневым лаком. Девочка сразу уложила куклу «бай-бай».

Пришлось бабушкам шить на игрушечную кроватку матрасик, одеяло, простыни, подушки. В таких приятных заботах проходили у них дни.

И вдруг в середине декабря стряслась беда: Света заболела. Она не встала как обычно утром, а пожаловалась, что головка болит.

На лобике выступили капли пота. Малышка вся так и пылала жаром. Александра ужасно испугалась и позвала соседей. Те сбежались к ней. Консилиум из четырёх старушек и деда, стоя у детской кроватки, определял методы лечения больной девочки.

Александра, дрожа от испуга, нервно перебирала пухлые пальцы и хриплым голосом говорила:

– Я четырёх детей вырастила. Знаю, как лечить малышей. Хочу посоветоваться с вами. По-моему, надо напоить Свету чаем с мёдом, дать таблетку аспирина, укрыть тулупом, чтобы пропотела, – хворь и пройдёт.

Бабка Варвара, возвышаясь над всеми громадным ростом, кряжистая, волевая, высказала своё мнение:

– Я девятерых подняла одна, без мужа. Мой-то с войны не вернулся. Какими только болезнями не переболели мои детушки! Сколько ночей я не спала! Сколько тревог за них пережила! Уму непостижимо! Ни электричества не было, ни врачей. Холодный ливень, пурга, а до больницы по бездорожью двадцать вёрст. Всё это было. Вот сама и лечила детей.

Я знаю: самое верное средство от простуды – чай с сушёной малиной и горячее молоко. К утру жар как рукой снимет.

И Елизавета затараторила, обнажая единственный зуб в чёрном рту:

– Я шестерых сыновей вырастила да внуков – семеро. Я могу и малых и старых лечить. Самое лучшее – винный компресс на грудь, ножки парить в горячей воде с горчицей, и таблетки аскофена от головной боли. Можно ещё и тетрациклин давать.

У Пелагеи не было детей.