Захватив в охапку ветер

Но небо с улыбкой глядит на детей

и ждет от проказников новых затей.

А детям легко поваляться в снегу

иль снежные комья лепить на бегу.

Бросается снегом веселая рать.

В безмолвном лесу не грешно поорать.

С деревьев встревоженный иней летит

и нежной картинкой на солнце блестит.

Но детям милей побеленный пейзаж.

Из снега творят озорной вернисаж.

В нем снежная баба и добрый Мороз.

Не тот, что хватает за вздернутый нос.

А рядом гора из больших куличей

и маленький зайчик, пока что ни чей.

На небе краснеет морозный закат.

Пора возвращаться, но каждый не рад.

Слетает восторг с раскрасневшихся лиц.

И ветер сдувает снежинки с ресниц.

Женщине с дитем под сердцем

Встречаю женщину с дитем под сердцем,

и мысленно ее боготворю.

Благодарю с особенным усердьем

и нежное признание дарю.

Не может быть достойней и прекрасней,

чем эта женщина, вкусившая любовь.

Не пожалею лучезарной краски,

чтобы украсить оду вновь и вновь.

Чтобы воспеть святое назначенье,

не пожалею солнечных слогов.

Питаю к ней особое влеченье,

быть может то, что сходит от богов.

Быть может то, что с маминой подачи

впиталось в память трепетной души.

Быть может то, что с верою в удачу,

коварный недруг хочет заглушить.

Прогулка по Неве

Я шагаю по стреноженным волнам.

Под ногами корюшка резвится.

И идет по солнечным лучам

вслед за мной людская вереница.

В такт шагам скрипит февральский снег —

белый страж ледовой переправы.

Ветерок, как робкий печенег,

теребит очковую оправу.

И блестит на левом берегу

возрожденный шпиль Адмиралтейства.

Я по льду пройти к нему могу,

только мне милей другое действо.

По Неве давно я не гулял,

не топтал ее ледовый панцирь.

Я держусь за солнечный штурвал

и смотрю вдоль берега по-шпански.

В мою плоть вселилась благодать,

распахнула пламенную душу.

Всю любовь Неве готов отдать,

не боюсь, что та меня иссушит.

Мороз в феврале

Февраль с метелями расстался.

Пришел мороз в его удел.

Он не на шутку расстарался,

представив полный беспредел.

Трепал людей в обнимку с ветром,

румянил щеки и носы.

Глаза тиранил ярким светом,

сосульки вешал на усы.

Снабжал тела противной дрожью,

в умах прохожих сеял дрожь.

Оставив в прошлом осторожность,

в ночи продолжил свой кутеж.

Холодным ветром бил в окошки,

влезал в расщелины дверей.