Хватит быть размазней

Ты не подумай, что я чёрт какой-то. Просто возня за бабки, которая была в девяностых, себя не оправдала. Вот ты говоришь: помог ли Крест? Помог. Дал сто косарей и сюда засунул. Я же без образования. Так чисто, каблуха за спиной. А он у нас сейчас важная птица – коммерсант! Думаешь, я ему нужен? Не-е, я никому не нужен…

Под ногами Антона заскрипела лестница. Спрыгнув с предпоследней ступеньки, он радостно воскликнул:

– Лимузин будет!

Осенью мойщик умер. Слухи донесли, что от туберкулёза.

Любовный приступ

Тёплый свет, исходивший от кухонной лампы, мягко ложился на её плечи, подчёркивая изящность тела.

Хрупкая, маленькая, но безумно самостоятельная Настя имела пышные светлые волосы, неприлично сочные губы, загадочные глаза и смышлёную голову, что встречалось нечасто. Осенний дождь стучал по подоконнику, грязные маршрутки подпрыгивали на лужах, а мы неторопливо болтали, пуская в вытяжку дым.

– Саш, возьми. – Она протянула зажигалку. – Не жалеешь?

– О чём? – выдохнул я.

– Ну, что пришёл? Мог бы остаться дома или с друзьями, – проводя пальцем по бокалу, размышляла Настя.

 – Нашим мужикам бабы не нужны…

– Не всем. Только мудакам и геям.

– А кто… ты? Мудак или гей?

Прищурившись, как де Ниро, я пошутил:

– Ты сомневаешься?!

Настя захохотала. Стало понятно, что дожать ситуацию будет нетрудно. Раскалённая страсть парила в каждом слове, действии, эмоции. Мне определённо нравились подобные девушки, особенно когда у них…

– Марсик! Иди сюда!

…не было кошек.

– Детка, у тебя кот? Ты не говорила!

– Наверное, забыла. – Пушистый залез ей на руки. – Ты не любишь кошек?

– Брось! Жить не могу.

Признаться, я соврал. Точнее, не открыл тайну. Дело в том, что я всегда любил кошек, собак, хомяков и прочую околодомашнюю живность. Сколько себя знаю, они постоянно вертелись рядом. Но ближе к двадцати я узнал, что вместе с любовью досталось и зло. Называлось оно «аллергия».

– Ладно, беги, – отпустила его она. – Эй, бармен! Мне кажется, или стакан пуст?

– Вызывали? – заигрывал я.

 – Вам как обычно? Со льдом?

– Да, а ещё… ещё расскажи про Грецию.

– Про Грецию?

– Ты вроде там работал. Разве нет?

– Недолго.

– Тем более.

– Ладно. – Хрустнул в бокалах лёд. – Представь, что где-то на земле, между Эгейским и Средиземным морями, есть остров. Такой маленький и, казалось бы, ничем не примечательный кусок суши, коих на свете миллион.

Молниеносно зачесались глаза. Началась реакция.