Завтра. Гром завтра. Солнечный восход завтра. Долгая дорога в завтра

 – Она пробралась через кусты и вышла на небольшое пространство, на котором стоял Дикар. – Но… но мне было ужасно одиноко. Я просто должна была…

Когда он впервые увидел Мардж, в пещере в Далекой Земле, где его захватили, она была в грязных тряпках, волосы спутаны и выпачканы, глаза тусклые, без всякой надежды. Сейчас она одета только в травяную юбочку и кольцо из листьев, закрывающее грудь, кожа у нее белая, движения не тяжелые, движется она с медленной грацией. Волосы длиной до плеч промыты и расчесаны, они стали живыми и блестящими, в рыжеватых волосах яркая искра: она воткнула в волосы алый цветок.

Лицо от голода бледное и худое, но с широкими скулами и полными губами. На нем грязные полосы.

– Ты плакала, – заметил Дикар. – В чем дело?

Мардж всхлипнула, и у нее задрожало горло.

– Дело? – Она глотнула. Потом яростно: – Это все Нэт. Мой милый муж. Он… он снова меня избил. Он меня пнул. Посмотри. – Она поставила левую ногу на покрытый мхом камень рядом с Дикаром, гневно развела плетеные нити юбки.

Дикар наклонился, чтобы посмотреть, и ее теплая рука легла ему на грудь. Высоко на бедре был крупный синяк.

– Он пнул меня сюда. – Голос Мардж звучал низко и хрипло. – И почему? Только потому, что я сказала, какой ты удивительный.

Она наклонила голову, чтобы заглянуть Дикару в лицо; красные губы чуть раскрылись, а глаза как глубокие, с зелеными точками бассейны.

– Это не ложь, Дикар. Я действительно считаю тебя удивительным. – Она чуть покачнулась и прислонилась к нему, ее горячая кожа коснулась его тела.

– Нэт не должен был пинать тебя, – серьезно сказал Дикар. – Я должен сказать ему, что это Запрет, оставленный Старшими…

Он резко повернулся, услышав неожиданный треск кустов за собой.

Это был Нэт, его широкая грудь поросла черными волосами, глаза красные.

– Я тебя верно разгадал, проклятая шлюха, – проворчал он. – Тебя и твоего сладкогласого друга. Улизнула…

– Нет! – выпалил Дикар, услышав испуганный возглас Мардж; она упала, когда он повернулся.

– Одной! – Нэт коротко рассмеялся, но в его смехе не было веселья. – Одной с тобой, хочешь ты сказать.

– Это глупо. – Дикару очень хотелось ударить по этому насмешливому лицу в черной щетине.