Этот свет

Еще несколько пар, все однополые, прохаживались по обширному двору между оградой и общежитием кадетов.

Взойдя по протертым ступеням к высокой, массивной двери в лекторий, Берг оттянул ее на себя и проскользнул в гулкую тишину, разбив ее своими осторожными шагами.

Спиной к нему, на расстоянии трех-четырех метров, стоял упитанный человек и рассматривал некий стенд с приколотым к нему листом бумаги, испещренным столбцами символов. Вздрогнув, он обернулся, и тотчас его полная фигура расслабилась, а нижняя челюсть отвалилась, явив Бергу толстый розовый язык и кривые зубы.

– Салям, – проговорил незнакомец, кланяясь и отодвигаясь от стенда. – Ты новенький?

– Как ты догадался, товарищ? – насупился Ален.

– У тебя вид растерянный. Я таким же был пять дней назад, когда пришел в Обитель. – Он с усилием сдвинул челюсти, будто спохватившись, но ненадолго. Очевидно, держать их в таком положении ему было слишком трудно. – Я Данила, а ты кто?

– Э… Фриц. Это расписание занятий? – поинтересовался Ален.

– Да, завтра первый урок.

Текст был разбит на десять параграфов, каждый из которых венчался заголовком: “1-й день”, “2-й день” и так далее.

– Сначала медосмотр, – с гордостью заявил Данила, демонстрируя Бергу внушительный, готовый лопнуть бугор между лопаток. – У меня уже почти прорезались. Тебе-то, конечно, пока нечем похвалиться, ты здесь первый день.

– Я не по дням развитой, – возразил юный кадет. – Мне Павлик сказал.

– Па-авлик? – уважительно протянул толстяк. – Ты где живешь?

– На третьем этаже, примерно посередине.

– Вот задница, а меня в самый конец запихали! – обиделся Данила, бурно взмахивая руками, так что Берг на мгновение вообразил, будто ему собираются залепить по туловищу кулаком.

– Поспешил ты родиться, – сказал он.

– Пожалуй, – с выражением сильного сомнения на круглом лице протянул толстый кадет. – Зато я узнал много интересного.

Берг усмехнулся и задал свой любимый вопрос:

– Хорошо, раз ты такой знающий, назови мне обслуживающий персонал Обители.

– Вахтер, регистратор, водонос…

– Ну-ну.

– …Кастелян, смотритель, оружейник, садовник, хранитель, фонарщик, комендант лектория… – Данила задумался и неуверенно продолжил: – Не знаю, можно ли препозитов считать персоналом.

Ален был порядком разочарован – не тем, разумеется, что его новый знакомый перечислил так много должностных лиц, а тем, что его простой вопрос, оказывается, совершенно напрасно перепугал несчастного геронтофила Прокла.