Этот свет

 Использовать мебель и прочее вверенное имущество по назначению, а также производить его квалифицированный ремонт по мере возникновения необходимости.

2. Обращаться за помощью к обслуживающему персоналу: кастеляну, вахтеру, водоносу и проч., если просьба не выходит за рамки их служебных обязанностей.

3. Производить шум до и соблюдать тишину после установленного администрацией срока”.

Немного ниже жирными буквами было выцарапано: “Примечание. По всем спорным вопросам обращаться к дежурному смотрителю Обители”.

На всякий случай, чтобы уметь пересказать памятку, Ален повторил про себя три ключевых слова, наиболее часто встречающихся в тексте: мебель, персонал и шум. Можно было повесить доску на место, но он зачем-то перевернул ее и был вознагражден. На ее обороте поколениями кадетов были оставлены разнообразные комментарии к правилам общежития и просто мудрые мысли, пришедшие к ним во время раздумий над бытием. Там было накарябано: “Долой повальную инвентаризацию и бездушный учет!”, “Кастелян Прокл – геронтофил”, “Коль живешь среди людей, песни пой и стрелы сей”, “Глядел сегодня на потолок и остался этим доволен”, “Починял сегодня стул и остался им недоволен”, “Феликс + Тутти =?”, “Жизнь хороша!”, “Стрела тебе в зад” и “Кто прочел эти слова – тот пустая голова”.

Раздосадованный последней надписью, Ален вскочил с кровати и повесил доску обратно, лицевой стороной наружу. Инструмента, чтобы оставить память и по себе, у него не было.

В коридоре вдруг раздались приближающиеся шаги. Ален замер, боясь пошевелиться, но идущий все же выбрал именно его комнату. В щель проникла узкая волосатая голова, уперлась взглядом в окаменевшего в метре постояльца и от неожиданности ударилась ухом об косяк.

– А! – крикнул гость и в злобе на свою неловкость распахнул дверь.

– Спасибо, кадет, – сказал тот сквозь зубы, принимая тряпки.

– Пожалуйста. Ты кастелян?

– А что, не видно? – ворчливо ответил гость. – Проклом меня зовут. А ты, значит, новенький кадет Фриц? – Ален кивнул. – Эх, бывали времена, когда и я летал в небесах с арбалетом подмышкой… Сколько ребер повынимал – страсть!

– Ты ветеран? – вежливо поинтересовался Берг.