Зорох

Как только Леман и дети прошли поляну, и густая листва спрятала их от глаз невидимых наблюдателей, он приказал Эльзе с Акхой бежать за ним, что есть сил. Не раздумывая, они помчались по петляющему следу от повозок, оставленному на сырой перерытой земле.

Эльза все время оглядывалась на бегу, ожидая, что кто-то появится, поэтому не разглядела прикрытый листвой пенек, запнулась об него, и распласталась на земле. Леману пришлось вернуться. Одной рукой, как перышко, он закинул девочку себе на плече, и устремился вслед за Акхой.

– Когда бегут, смотрят вперед! – поучал он Эльзу, несясь по зарослям волчьего кустарника. – Кого ты там все хочешь разглядеть? Прекрасные томены по лесам не шастают. Своих богатых невест они спасают только из золотых темниц.

Колючие ветки больно хлестали Эльзу по затылку и расцарапали шею.

– Аккуратней! – потребовала она. – Даже дикие нарки своих неверных жен к обрыву смерти аккуратнее несли. Мейси своих так носите, а я и сама могу бежать.

– Ты не умеешь. Всего две ноги и в тех запуталась.

– У вас тут где попало деревья валяются, – пожаловалась девочка. – А у нас в Анве все на своих местах. Я сколько раз бегала и ни разу не упала. Папа говорил, я грациозно бегаю.

– Грациозно как крот.

– Как крот, это как? Это был еще один комплимент?

Добравшись до своих Леман первым делом надел на себя кольчугу, и достал со дна телеги круглый деревянный щит. Трое дожидавшихся солдат уже облачились в доспехи, и цепляли к кожаным ремням на поясах метательные ножи.

Скоро, со стороны поляны, выдавая свое приближение треском сучьев, и топотом конских копыт, прискакал Паттан. Он был запыхавшимся, как и его коротконогий полосатый, похожий на зебру жеребец. Спрыгнув на ходу молчун стал сбивчиво говорить, и, не теряя времени, подобно Леману принялся облачаться в кольчугу.

– Это не тарийцы, эрл Леман, – торопливо сказал он.

– Наши, – повторил за ним Леман, и не хорошо улыбнулся.

– Ждали в засаде, – продолжал Паттан. – Но они поняли, что выдали себя, и идут сюда. – Он достал из телеги три копья. Вытащил свой шлем, вытряхнул его и со скрежетом протер своим стальным рукавом. – С ними духовные отцы. Я узнал Криса и отца Габриэля.

– Одноглазый с ними? – спросил Леман.

Молчун кивнул.