Зорох

Аклюс увидел что-то в высоком кустарнике в стороне от них, непроизвольно вздрогнул, но вовремя опомнился, и, растягивая губы в улыбке, пообещал:

– А у тебя будут! Мой знакомый привозит в Новый город алкийских баранов. Я скажу ему, и он привезет тебе алкийских волов. Ты не видел, какие это красавцы!

– Хорошо, – не слушая его, то и дело, оглядываясь назад, выдохнул Валаран. – Скажи… пусть везет…

Тиас остановил коня.

– Там впереди кто-то ходит, – сказал он испуганно, посмотрел на Валарана, потом, с удивлением, на Аклюса.

– Что у тебя в руке? Что ты делаешь?

– Это всего лишь дохлая крыса, – ответил он. – Она валялась на тропинке, и я ее поднял. – Он протянул Тиасу бесформенное, покрытое шерстью, и кишащее червями месиво.

– Ты больной! – с отвращением, крикнул Тиас. – Валаран посмотри на этого сумасшедшего! А я не могу понять, откуда эта вонь!

Аклюс и его крыса, Валарана интересовали сейчас меньше всего; он обеспокоенно смотрел назад, туда, откуда они только что приехали.

– Они идут за нами. Они прячутся… они совсем близко… Надо было убить его на дороге… Я говорил…

– Кто они? – дрожащим голосом, тоже шепотом спросил Тиас. Он вдруг перестал понимать, где находится, и что происходит вокруг. Со всех сторон, слева, справа, сзади затрещали ветки, и раздался душераздирающий крик. Лошади закрутились на месте и заржали так, будто их хлещут раскаленными прутьями. А Аклюс, подавляя рвоту, принялся рвать зубами податливую сгнившую крысиную кожу, есть вонючее мясо вместе с шерстю и червями, размазывать по своему лицу, втирать в волосы и одежду.

– Ааа! – бессмысленно заорал Валаран, поднимая над головой меч.

Тиас тоже закричал, но от страха не смог сдвинуться с места. Замелькали тени, окровавленные лица и черные пасти. Как только его стащили с коня он почувствовал невыносимую боль, но она быстро прошла. Он перестал чувствовать, но мог видеть и думать. Он видел, как чьи-то зубы отрывают от его рук и ног куски плоти, видел полные ужаса глаза Валарана, но думал лишь о том: почему «голодные» не трогают Аклюса.

Однорукий долго не мог ослабить узел на веревке, наконец, получилось, он вытянул из петли шею, и, ни на кого не глядя, аккуратно переступая через конечности увлеченных трапезой голодных, двинулся по тропинке в обратном направлении.

Тиас и Валаран не вернулись.