В мире грёз. Тело хочет спать, душа летать, а жизнь вынуждает идти…

Общаясь со сверстниками, Марк не мог долго разговаривать, особенно, когда речь заходила о чём-то личном, а тем более о прошлом. Тревога молнией ударяла в его сердце, и Марку ничего не оставалось, кроме того, как быстро надеть наушнику и сделать музыку погромче. Ему становилось крайне неловко в такие моменты, и, зачастую, он сталкивался с непониманием. Но и это непонимание Марк заглушал музыкой.

Друг будто чувствовал каждое появление Марка у дома. Он слышал, как тот подъезжает на автомобиле, громко включив музыку, и выходил к нему навстречу, к подъезду, чтобы «Оно» не настигло Марка по дороге к входной двери.

Марк вечно удивлялся: «как так, Друг всегда оказывается дома, именно тогда, когда я приезжаю?»

У Друга было особое чутьё. Как только у Марка садилась батарея на смартфоне, либо отключалось электричество, Друг, тут же, приходил, чтобы завести разговор.

Однажды Марк решил проверить, подойдет ли Друг к нему сам, если вытащить наушники. Просидев так три минуты, тревожное состояние стало совсем невыносимым, паника начала разъедать душу, словно моль занавески.

Начался содержательный разговор, как это обычно и бывает по вечерам. Марк возвращается со спортзала, а Друг с библиотеки. Они расселись в гостиной, каждый в своём кресле.

– На планете около семи млрд. человек. Допустим, чисто теоретически, крайний из них умрёт через 100 лет – начал Друг, – и Земной состав человечества полностью обновится, за такой короткий срок.

– Да, это так.

– А почему это тебе так кажется, Марк?

– Потому что дети, это огромная радость. Радость, от которой душа парит и открывается вселенной! Дети – это когда всем своим существом ощущаешь счастье. Ведь это так прекрасно, видеть свою жену и себя самого в одном маленьком человечке, который, со временем, будет впитывать мир, и расти на твоих глазах.

– Опять же, Земной состав может исчезнуть через 100 лет, если, к примеру, сегодня перестанет делать детей. Представь на секунду, что у человека нет чувства радости и любви к детям. Допустим, ты самый великий философ или учёный. Сможешь ли ты мне, не опираясь на свои чувства и инстинкты объяснить, зачем продолжать род? – спросил Друг, слегка зевая.