Бригадир

Бригадир

Сергей Васильевич Язев-Кондулуков

Это небольшой рассказ о моём дедушке. Кондулукове Никите Григорьевиче. Всю войну он работал бригадиром на оборонном заводе. И после войны не проронил ни слова. По настоящему я узнал о нём из скупых рассказов отца, когда деда уже не стало. До этого я считал его предателем, а зря…

Бригадир

Сергей Васильевич Язев-Кондулуков

© Сергей Васильевич Язев-Кондулуков, 2019

ISBN 978-5-4496-3083-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

– Попей, попей, Степан, рабочему человеку, что да с устатку не выпить, – рыжий банщик, коротко хохотнув, подал Степану большую кружку пива.

– Уж больно оно у тебя крепкое, Ефим, – и Степан подозрительно взглянул на банщика, – подсыпал чего, али нет?

– Что ты, что ты, Степан, – и банщик состроил губы во что-то, напоминающее улыбку на своём длинном лошадином лице, – как с завода бочонок привезли, так сразу сюда и вкатили.

Степан, не спеша, отхлебнул пива, задумался.

– Вот ты скажи, дядя Ефим. – Степан снял прилипший листок со спины и вновь задумался. Затем, словно, очнувшись, посмотрел на банщика начинавшими соловеть глазами и, наконец, медленно размыкая губы, произнёс, – есть, любовь на свете или нет?

– Да к шутам её эту любовь, – банщик торопливо пригладил свои редкие рыжие волосы, – ты лучше про себя расскажи, про своё пролетарское житьё, а мы послушаем. – При этом он еле заметно подмигнул другому банщику чернявому внимательно слушавшему разговор.

– Нет, ты мне скажи! – Степан нетвёрдо ударил кулаком по струганному деревянному столу, – есть любовь на свете или нет?

Шёл 1939 год. Страна накрепко увязла в позорной советско-финской компании, которая послужила прологом к Великой Отечественной Войне. По улицам небольшого города Ч, где жил Степан, маршировали отряды комсомольцев, повсюду виднелись плакаты: «Ты сдал нормы ГТО». Аршинные заголовки газет клеймили троцкистов, бухаринцев, инженеров вредителей.

Враг начеку. Враг не дремлет, – кричали они.

А Степан сидел и пил пиво.

А виной тому были глаза Насти. Большие, круглые, неопределённо зелёного цвета, они доставляли Степану смутное душевное беспокойство, которое он тщетно старался залить пивом.

«Уж больно она серьёзная, – напряжённо размышлял Степан, смотря на бурую пивную пену, – к ней и не подкатишься».

Степан вспомнил свой последний неудачный визит к Насте и вздохнул.