Анастомоз

Я унижу свою многомудрую мать,

Коли власть я смогу у нее отобрать

И кровь короля вновь на трон приведу,

Чтобы все воплотить, что претит королеве

И как прежде и с тем же живым сладострастьем,

Отгонять от планет он все гнилые ненастья.

Чрез мгновение короны лишится ее голова,

И с груди ее сдерну я все кружева,

Обнажу ее бедра и силой возьму,

Погружаясь в свою первородную тьму.

И в награду за то возвращение гневное,

Буду девственниц я получать ежедневно.

Являет мне экран Сабуру сидящей

На кровати, проверяющей прочность ошейника.

Поворотом вентиля медного

Я пускаю к ней дым незаметный,

И дождавшись падения тела безвольного,

Вентиляцией освобождаю объемы.

Но все же противогаз и броню кожаную надевая,

Хлыст несу, несгибаемо страстный,

Опасаясь, что овчарка моя соблазнительная,

Меня обмануть может, как и раньше пытались

Совершить то девицы, дурману непосильные.

Две двери в тоннеле длинном

На пути к той темнице просторной.

Ключ от первой помещаю в тайник я скрытый

В углу между стенами лазурно-стерильными.

Даже если один она у меня отнимет,

Второй найти будет ей затруднительно.

Мне же немного нужно времени,

Чтобы оружие достать из своего тела.

Случалось со мной и такое,

И, улыбаясь своему предвидению,

Я деву ударил электрошокером,

Возвращая нас к прежним позициям.

Но Сабура лежит без сознания,

Я на столе стальном ее устраиваю,

В оковах кожаных дрожат конечности,

Соски в клыках зажимов голодных,

В клитор вцепился им подобный.

К ним провода тонкие тянутся,

Во влагалище и анус

Вибраторы погружаются,

Кожаной прижатые сбруей.

Тихо стонет Сабура,

Головой качает в беспамятстве,

Наслаждения вечное таинство,

Влечет меня к телу девичьему,

Но мне ожиданье привычно,

И, включив проекторы,

И прочие машины радостные,

Я девушку оставляю,

Заставив ее любоваться,

Лицом моим улыбающимся

С потолка и всех стен кирпичных.

Выдерживает она удовольствия

Больше, чем мне кажется приличным.

Выносливость многообещающая,

Исходит от смешанной ее крови,

И вскоре мне позволит

Вкусить неуемную похоть,

В теле ее ждущую пробуждения

Посредством экстаза и измождения.

Даже если и была она недавно невинной,

Что подтверждает трудность проникновения,

Не избежать ей, как и всем прочим,

Плоти всестрастной прозрения.