Анастомоз

Раскрываются губы чешуйчатые,

Зубы горами янтарными

Кусают язык металлически-трубчатый.

– Я богиня-машина, я мать матерей,

Я создатель материи, тьмы и идей.

Мои храмы повсюду, но скрыты от глаз,

Я во сне о рождении сотен детей

Нанесла себе рану и вскоре на ней

Гной потек, как мечты животворная грязь,

Стала что зарожденьем для всех организмов

Для цианобактерий и часовых механизмов.

Все равны для моей материнской любви,

Кровь иль масло движеньем имеют они.

Ты меня позабыл, недовольный мой сын,

И под яростью к матери нежность сокрыл,

Та, что стала твоей золотой королевой,

Что твоею любовницей вызвалась первой-

Та лишь тело твое в этот мир родила,

Я же разум глагольный произвела

И сознаньем его залила я лакуны,

Чтоб прослыл ты опасным, лукавым и мудрым,

Стали чтобы непредсказуемо точными

Хищника мысли жестоко порочные.

Дева, угодить в плен твой сумевшая,

Все вокруг себя изменяет поспешно,

Боится ее королева не зря,

Последняя дочь ведь она короля.

Ее красота, непривычно звериная,

Планеты с орбит может радостных сдвинуть,

И черный обрушить трон древних династий,

Что вовсе не будет последним несчастьем.

Сменяют друг друга, смеясь, короли

Титана, Юпитера, Марса, Земли.

В войне миллиарды машин и людей

Сходились по воле тщеславных царей,

И только величественный Лаурон,

Удачливой хитростью вечный сей трон,

Ослабил, низверг, чтоб на тысячелетья,

Невежество стало мечтаньям ответом.

Властитель ваш должен быть вскоре сменен,

Стать новым ты должен Земли королем.

Помочь тебе сможет в деянии этом

Собакоголовая королева.

За ней, как за течною сукой весной,

Солдаты в неравный отправятся бой.

Подростки о ней будут ночью мечтать,

Готовые жизни за деву отдать,

Коль сможешь ее ты на трон вознести,

А сам встанешь возле нее с поводком,

То истинной властью себя наделишь.

Проснувшись, я долго смотрю в потолок,

Впервые узнав о богине такой,

Но вселенную помню я тайной живой

И не склонен ничто видеть в ней пустотой.

Ночную добычу уносит паук,

Кокон плетет вкруг нее долговечный,

Скрывает от мира сей падали призрак увечный.

Путь предстал предо мной одномерной тропой,

Сквозь смрадные проходящей черные дыры

И забитые мебелью старой квартиры,

Где инцеста вершатся чудеса дефлораций,

И создания взрывчатых липких субстанций

Проницают ошибок судьбу опрометчиво.